Егерь императрицы. Русский маятник

Дурачок местный, Микитка, печёную картошку с пожарища только до самого снега таскал – ох и вкусное земляное яблоко, говорит. А все-то думали – ну что с него, с юродивого взять – Божий ведь человек. А вот обычному-то селянину такое никак не можно есть. А вот вишь как, пока на Варшаву ходили и распробовали её, и ничего, и вполне себе можно угощаться, особенно ежели к ней краюха хлеба причитается.

– Да-а, ляхи эту картофлю помногу ро́стят, – подтвердил Лошкарёв. – От немца они переняли, а тот уж давно на ней. Писарь из нашей роты, Зиновий Ильич, среди господ трётся, да и сам человек грамотный, из купцовой прислуги в солдатчину взятый, говорит, что из-за моря индиянского, из жарких стран её на кораблях в первый раз гишпанцы завезли.

А уж потом во всех Европах ро́стить начали, а вот про репу и забыли почти. Может, и брешет, конечно, не знаю.

– Елизар, дай водицы, – попросил товарища Тихон. – А то, я говорил, у меня на дне только плещется.

– Держи. – Калюкин протянул посудину. – Небось, не оставят поутру без пития и еды.

– Ложимся! Завтра с зарёй побудка! – прокричал, показавшись в арочном проёме, дежурный офицер. – Кто гоношится, велено его в завтрашний караул сверх очереди записывать, потому как, значит, сил в избытке.

– Давайте укладываться, братцы. – Южаков закинул в рот крошки с ладони и начал завязывать горловину заплечника. – Утро вечера мудренее, глядишь, и правда завтра баня будет, не зря же их высокородие у немца про неё выпытывал.

Бани не было, как не было обещанных пруссаками припасов.

Не удалось найти и дров на протопку печей в казармах.

– Праздники. – Новый дежурный фейерверкс-капитан Линке разводил руками. – Ничего не могу поделать. Думаю, что через три дня вопрос сам решится."

"Выручили флотские. По приказу Кледова поставили сто пудов сухарей, двадцать мешков крупы и десять бочек солонины. Всё это егеря перетащили с пристани и, закрыв в одном из складов, выставили рядом караульный пост. С дровами было сложнее, и тут выручила солдатская смекалка.

В дальнем конце пристани за каменными пакгаузами егеря обнаружили два полуразвалившихся старых сарая, как видно давно заброшенных и определённых под снос. Прошёл какой-то час, и они, уже разобранные, пылали в казарменных и кухонных печах.

– Это самоуправство, кто разрешил?! – возмущался прибывший на следующий день комендант порта. – Это такелажные склады и имущество короля!

– Они были складами полвека назад, переводи. – Алексей кивнул Воронцову.