Егерь императрицы. Русский маятник

– Ну, коли надо, значит, заверю, – вздохнув, проговорил Егоров. – И сколько у нас в итоге от семи тысяч осталось?

– У меня триста девяносто рублей и ещё полтина, – ответил старший интендант. – Может, и у Воронцова сколько-то от выделенной ему тысячи тоже останется. Задерживаются что-то наши эскадроны, Алексей Петрович, не находите?

– Сам об этом думаю, – покачав головой, произнёс командир полка. – По моим прикидкам неделю уже как они должны быть тут. Без них мы с тобой, Александр Павлович, и полный отчёт не сможем дать.

А самое главное, что совсем скоро можно ждать приезда государыни из Москвы. Вдруг она захочет смотр устроить, а конных эскадронов-то наших и нет. Ладно обоз, из Варшавы его быстро сюда никак не вытащишь, но вот конной части полка лучше бы уже здесь быть. К егерским эскадронам у неё и у Платона Зубова, сам знаешь, особый интерес. Так что ждём их подхода, потом и сведём всю отчётность воедино.

Эскадроны пришли в самую ненастную пору, волком завывала вьюга, буран заметал все дороги, и из снежной круговерти на караульную заставу возле Обводного канала выскочил передовой дозор во главе с поручиком Травкиным.

Уже через полчаса он стоял с докладом перед бригадиром. Весть мигом облетела все казармы, и на плац высыпали егеря.

– Конные, конные вернулись! – неслось по площади. – Скоро тут будут! Ох и намёрзлись в пути ребятки!

Когда голова колонны заехала на Семёновскую, её тут же окружила огромная толпа.

– Ваше высокородие, эскадроны прибыли к месту постоянного квартирования! – рапортовал капитан Воронцов.

 – В пути потеряно семь вьючных и пять строевых коней. Все заменены по ремонтному закупу. Среди личного состава потерь нет! Только вот пообморозились немного ребятки, господин бригадир, – понизил голос капитан. – Дорога тяжёлой оказалась, и морозы, и большую пургу за Вильно захватили.

– Ясно, – сказал Егоров. – Поэтому и запоздали, господин капитан, пургу пережидали?

– Нет, ваше высокородие, тут другое, – понизив голос, еле слышно проговорил Воронцов.

 – Мы бы и при непогоде поспели бы в срок. Только вот в Вильно от генерал-аншефа Репнина указание получили сопроводить в столицу небольшой обоз. Пять саней и две кареты на полозьях. В одной карете сам Валериан Зубов ехал, а вот в другой врач и два лекаря. Велено было генерал-майора в целости в Санкт-Петербург доставить. Потому и не спешили, делали остановки в городках и сёлах.

– Вот оно что, – смекнул Егоров.