Что можно сказать об уровне исполнения стиль великолепно задуманной книги?
Привлекательной чертой работы, безусловно, является отсутствие погони за сенсацией, сочетающееся с вдохновенной увлеченностью К. Жака древней культурой долины Нила. Автор опирается в своих очерках на добротный египтологический материал, иногда обращаясь к новым интересным гипотезам выдающихся исследователей (в основном французских). К чести К. Жака заметим, что в его книге «история» превалирует над «легендой» (хотя мы отнюдь не стремимся умалить бесспорное значение последней для историка).
Каждая глава начинается с датировки правления того или иного фараона (имеется и хронологическая таблица в конце книги, в которую мы взяли на себя смелость внести небольшие уточнения), с описания его внешности, причем автор обращается не только к изображениям, но и к сохранившимся мумиям некоторых владык, и попытки создания «психологического портрета».
На наш взгляд, К. Жаку особенно удаются описания памятников — они точны, но не страдают частым пороком научных в (служащим подчас критерием их учености) — они не скучны.
Чувствуется, что эти описания вышли из под пера человека, наделенного тонким вкусом и живым воображением. Круг привлекаемых источников обширен, они радуют разнообразием, но книга заметно выиграла бы, если бы автор уделял больше внимания древнеегипетским текстам. Скромно использованы литературные произведения: пересказаны лишь сказки папируса Весткар да жемчужина среднеегипетской литературы — повесть о приключениях Синухета; другие же памятники лишь упоминаются.
Естественно, в книге подобного рода неоценимыми источниками сведении являются труды античных авторов. К. Жак использует их, хотя и не в полной мере. Тем более поразительна довольно низкая оценка, даваемая им во введении греко-римской традиции. «Детская болезнь» гиперкритического отношения к ней давно пережита наукой, и египтологи не раз убеждались, сколь бездонной сокровищницей свидетельств являются работы Геродота, Диодора, Плутарха, Страбона и других древних ученых и писателей.
Интерпретация их, конечно, осложняется тем, что они смотрели на историю долины Нила сквозь античные «очки», но все-таки они касались еще живой ткани древнеегипетской культуры.
К сожалению, К. Жак не свободен от идеализации своих «героев», порой далее безудержной. Иконописно выглядят цари Раннего царства, жестоко подавлявшие восстания в Дельте.
