Для времени Среднего царства в качестве гарема указывают на захоронение при поминальном храме Ментухотепа I шести жриц Хатхор. Недавно была высказана остроумная гипотеза: эти шесть женщин были «претендентками» в царицы, и одна из них стала женой фараона (одно погребение пусто), а остальные не обязательно должны считаться его наложницами. Действительно, принадлежность к женскому полу не может быть решающим аргументом в пользу именно такого вывода.
В период Нового царства, как полагают, можно считать гаремами «женские дома» в Мальгатте (Аменхотеп III).
Телль эль-Амарне (Аменхотеп IV). Мединет Абу (Рамсес III). Они являлись самостоятельными хозяйственными единицами с богатыми угодьями, большим персоналом (титулы некоторых служителей известны с Древнего царства: напомним, что к штату царицы принадлежал и знаменитый Синухет из среднееегипетской повести). Верховное руководство осуществлялось старшей в царском роду женщиной — матерью царя или правящей царицей.
Необходимо подчеркнуть важнейшую функцию «гарема»: здесь воспитывались царевичи, дети высших сановников и вождей чужеземных стран.
Совместные игры хорошо готовили их к будущей жизни и нелегкому бремени управления обширной империей.
В «гареме» жили чужеземные жены фараонов, значение которых, по мнению одного египтолога, можно сравнить с подписями монархов под международными договорами. Они не становились главными супругами фараонов, и, возможно, только одни «владыка Обеих земель» (Саптах) был сыном чужеземки.
Последнее, но, может быть, и первое: «гаремы» были местом отдохновения.
Простое перечисление титулов и эпитетов цариц указывает на их функции достаточно ясно: «сладостная любовью» (с XI династии), «великая любовью» (XVIII–XIX династии»), «владычица радости», «госпожа услаждения сердца» (XVIII династия). Вероятно, попасть в «гарем» было неплохой судьбой, раз о ней так мечтают нежные героини египетской любовной лирики, светский характер которой не может не поразить современного человека. В качестве лирического «героя» упоминается Махи — как убедительно доказывает О.
Д. Верлен, это уменьшительное имя Хоремхеба. Почему он прославился столь неожиданны образом — непонятно, хотя наши источники почти не дают возможности взглянуть на частную, а не официальную жизнь фараона. Не откажем себе и читателю в удовольствии — перед вами третий станс из папируса Честер-Битти I в подстрочном переводе О Д. Берлева:
«Задумало сердце мое осмотреть красоту столицы, в которой я живу.
