Так мы узнаем, что Снофру бесцельно бродит по дворцу, не зная, как разогнать скуку. Он посылает за ученым, умудренным в магии жрецом-чтецом Джаджаемапхом. Чародей находит лекарство от хандры. Он советует царю отправиться на озеро близ дворца и покататься в ладье вместе с очаровательными юными девушками. Он будет любоваться видом полей и зеленых рощ и развеет грусть, глядя, как гребут красавицы. Такая идея показалась царю привлекательной. Приносят обитые золотом весла из эбенового дерева, приводят двадцать сказочно прекрасных женщин с крепкими грудями и оплетенными в косы волосами.
Они снимают одежды и одеваются в платья из мелкоячеистой сети, которые подчеркивают все их прелести,"
"Прогулка начинается весело, у всех прекрасное настроение. Царь оценил прелестных спутниц, и его грусть быстро развеялась. На корме ладьи одна из красавиц забавляется со своей косой. Тут-то и случается несчастье. Девушка вдруг прекращает править и умолкает. Сидящие рядом подруги тоже бросают весла. Царь обеспокоен. Девушки объясняют, что произошло.
«Старшая» среди девушек-гребцов, та, что правила ладьей, уронила в воду драгоценность, которой очень дорожила. «Пусть тебя это не тревожит, — возражает фараон, — я подарю тебе другое украшение, лучше прежнего». И велит продолжать прогулку. Но безутешная девушка отказывается. Ей нужна только ее драгоценность, и никакая другая. Такое упорство обезоруживает даже самого фараона. Уж раз так случилось, то остается одно — вновь позвать чародея, что посоветовал прогулку на ладье.
Джаджаеманх приходит, и царь объясняет ему, в чем дело. Мудрец не смущается. Невозможно найти вещицу «вслепую», посылая за пой ныряльщиков. Проще произнести магическое заклинание. Результат поразителен: Джаджаеманх колдовскими чарами поднимает одну половину вод озера и кладет ее на другую. Поиски становятся много легче. Злополучная безделушка, подвеска в виде рыбки, тут же нашлась. Чародей кладет воды на место, девушки снова начинают грести, и прогулка продолжается.
В этой сказочке кроется, как показал Филипп Дершен, сложная религиозная символика.
Это, как правило, свойственно большинству египетских сказок. Девушки-гребцы — не женщины легкого поведения, а жрицы богини Хатхор. Вмешательство жреца-чтеца, искусного в священном колдовстве придворного чародея, наводит на мысли о знаменитом чуде с Красным морем[36], хотя более тесные параллели проследить невозможно.
Снофру, озабоченный будущим страны, обратился к пророку по имени Нефертп.
