В больнице, занятая проблемами и переживаниями, я вообще ничего не ощущала, поэтому даже забыла сказать врачам о том, что в моей крови есть наркотик. А теперь, когда тревоги улеглись, препарат, судя по всему, начал понемногу брать надо мной вверх.
Пока Кирилл мылся, я старалась расслабиться и сделать вид, что ничего не происходит. Со мной все по-прежнему в порядке. Рядом со Стасом понемногу справилась с воздействием наркотиков, сейчас тоже нужно было вызвать страх или неприязнь к Кириллу, если эти чувства еще теплились внутри меня.
Как только Кирилл вышел из душа, я буквально пролетела мимо него и с силой захлопнула дверь в ванную комнату. В душе направила лейку на свое обнаженное тело, надеясь, что вода поможет успокоиться, но в эту же секунду вздрогнула, ощутив, прилив невероятно сильного, покалывающего жара. Каждый сантиметр кожи от воздействия теплых струек начал гореть. Пылать внутренним огнем.
До боли прикусив нижнюю губу, я переключила температуру воды, делая ее холодной. Понадеялась, что хотя бы так смогу отрезвить сознание, но с первым же касанием ледяных капель о мою разгоряченную кожу, я простонала сквозь плотно сжатые зубы и, против воли прогнулась в спине.
Это было так дико, но, в тот же момент, остро. Вода спускалась вниз, будто лаская холодом ключицы, грудь, бедра и ноги. Болезненно, но в тот же момент приятно.
Мысленно выругавшись, я вышла из душа. В шкафу нашла махровый белый халат до колен и, закутавшись в него, осторожно вернулась в комнату к Кириллу.
К моменту моего появления в комнате был выключен свет, возможно я слишком долго мылась в ванной и Черному надоело ждать.
С другой стороны, по какой причине он должен был ждать? Вместо ожидания парень занял левую сторону двуспальной кровати и отвернулся от меня, из-за этого я не понимала — спал он или нет. Видна лишь его голая спина, поясница, а ноги закрыты легким одеялом.
Я аккуратно легла бочком на соседнюю подушку и посмотрела на мужскую шею и, в особенности, на кончики черных волос возле его ушей.
Отметила, как от сонного дыхания спокойно поднималась и опускалась спина и его плечи.
Это дало понять, что парень, уставший от событий вечера и ночи, спокойно заснул, а я напротив перевалилась на спину и громко выдохнула напряжение. Таким образом, старалась привести беснующиеся мысли в порядок и успокоить жар непослушного тела, но, к сожалению, плохо получалось. Я не могла ни на чем сосредоточиться — ни на страхе, ни на ужасных событиях вечера. Все было бесполезно.
