Пусть балкон открытый и на двадцатом этаже зверски холодно, а также приходилось нюхать табак, но это лучше, чем оказаться в одной комнате с Кириллом. Страшно захотелось чего-нибудь выпить и заглушить те вопросы, которые лезли в голову. Что ему надо?
Но не прошло и несколько минут, как дверь с балкона открылась и опять вошел Кирилл. Так уж оказалось, что я затаилась в самом конце балкона. Увидев меня, Чернов немедленно направился в мою сторону. Я же постаралась избежать ловушки. Сделала шаг влево, намереваясь обойти надвигающееся тело, но он повторил и сместился в том же направлении, не разрешая уйти.
Сбежать от него."
"Я вновь сдвинулась уже в другую сторону, откровенно говоря, что не собираюсь находиться с ним рядом и разговаривать, но Кирилл был напорист и вновь повторил мой шаг. Куда бы я не пошла — передо мной стояла стена в его лице. Поэтому я осознала простую истину — чтобы сбежать придется драться. Но до такого я не готова пока опуститься. Поскольку парень не желал останавливаться до тех пор, пока не скажет то, что хотел, я решила немного потерпеть общение с ним, лишь бы Кирилл поскорее вернулся в свой Лондон и забыл обо мне.
Я недовольно скрестила руки под грудью, кажется обозначив ее гораздо сильнее и в особенности соски, которые от холода напряглись и проступили под тканью платья. После чего Кирилл решил поиграть в галантного молодого человека — куртку, которую забрал из зала, набросил мне на плечи и сдвинул ее концы у меня под горлом настолько жестко, что еще чуть-чуть и я бы почувствовала удушье.
В его куртке я теперь находилась словно в черном длинном платье почти до колен, которое скрыло мою грудь.
— А то холодно, не хочу, чтобы МОЯ девушка мерзла. — пояснил для очевидцев. Ах, да, он же Стас и я его девушка.
О том, что мы начали встречаться слухи расползлись, а то, что расстались мой парень отказывался признаваться. Сказал — что поругались. Думаю, от приятных, наигранно-нежных слов каждая девушка поплыла и захотела себе такого галантного кавалера в качестве парня.
Сразу послышался женский шепоток и чужие голоса затихли, подслушивая любовную сцену между людьми. Правда, таковой она не являлась. Люди не видели гнева в глазах Кирилла, его ненависти и в особенности не чувствовали фальши в его действиях, а я чувствовала, особенно то как кулак, сжимавший концы куртки, давил мне на шею с угрозой.
— Говори зачем пришел и уходи.
