Заканчивай цирк, — тихо прошептала ему в лицо, а Кирилл наклонился так словно собирался поцеловать, но на самом деле пытался расслышать мои слова.
— Улыбайся, дура, на нас смотрят, — я так и быть изобразила ему эту эмоцию. — Я пришел вот что сказать на всякий случай — я категорически против, чтобы ты встречалась с моим наивным братцем.
— Я сама решу буду с ним встречаться или нет, — пока произносила гневные слова, то постоянно чувствовала его дыхание у себя на губах. От этого ощущения их непрестанно покалывало, отчего возникало стремление или укусить губы, или ладонью стереть его дыхание.
— Тебя это не касается. Стас — взрослый мальчик, и я взрослая девочка, сами решим.
Кирилл сделал вид, что обдумывает ситуацию, скосив взгляд в бок, а потом продолжил:
— Он — наивный дурак, который быстро влюбляется в разного рода шалав, пожелавших его деньги. Забавно получилось, да? Одного бедного брата ты не пожелала, зато второго с деньгами пожелала?
Кирилл вновь возвращался к той больной теме, завуалированно назвав шлюхой.
Я уже настолько устала от этого клейма, что вскоре сдамся, и сама поверю, что такая и есть. Бывает копится обида где-то внутри, поначалу ее мало, а потом становится все больше и больше и, наверное, сейчас мне требовался выплеск, мощное извержение моей обиды на его плечи:
— Отвали от меня. Оставь в покое. Стас мне нравится, как человек, а тебя даже такая шалава, как я, не хотела.
Ты вводил меня в состояние шока! В ужас! Да, с таким, как ты, стоять рядом страшно. А сейчас я захотела тебя только потому, что думала, что ты Стас. В противном случае уверенна, я бы не возбудилась…
Веко у Кирилла дернулось и в глазах полыхнуло нечто черное. Он не пожелал до конца слушать, просто перебил:
— Всё? Высказалась? Не люблю, когда девчонки много болтают, — голос насквозь пропитался яростью.
Кирилл разжал пальцы, сжимавшие куртку возле моего горла, но лишь для того чтобы толкнуть меня в грудь, заставить замолчать и стукнуться бедрами о перила балкона.
Коленом втиснулся между моих ног и обнял крепко, наваливаясь на меня всем весом и вдавливая в перила. Руки засунул под длинную куртку, висевшую на моих плечах, и теперь с удобством поднял подол платья, не боясь, что кто-то увидит меня с голыми бедрами. Жестко сдал обнаженные ягодицы, вызвав желание вырваться из его объятий.
