— А кто тут у нас такой… — в пороге моей спальни зависла Крис, — толстый!
— Ты спятила? — усмехнулась я.
— Да не фига, ты посмотри, какая ты большая, мать! Я тебя не видела всего пару недель. Мне кажется, там у тебя двойня, как минимум.
— Нет, там один пузожитель, и это точно.
— Значит, будет богатырь или богатырша, — смеется подруга. — Так, времени в обрез, давай, помогу тебе одеться. Там уже подъехала женщина, прическу твоей маме делает. Следом тебе.
И понеслось. Чулки, платье… прическа с миллионом шпилек. Визажист с кисточкой.
От этой суеты я изрядно подустала.
— Красавица моя, — рядом оказывается мама, когда я оценивающе себя разглядываю в зеркало. — Самая-самая.
— Мам, только давай без слез, ладно? — оборачиваюсь к ней и отираю слезинку, одиноко скатывающуюся по щеке. — У тебя макияж, испортишь.
— Да ну, — отмахивается она и отступает, часто моргая.
— Девочки, карета подана, — доносится голос отца."
"Папа помогает мне забраться в машину и садится рядом, предварительно успев что-то шепнуть маме, и та, кивнув, пошла в другую машину, куда забралась уже Крис.
— Как ты? — заговорил он, как только тронулась машина.
— Отлично, — натягиваю улыбку.
Папа немного сдал за это время. Вся та заваруха не прошла бесследно. Вот и морщинки у глаз, лоб избороздило пару продольных морщин. Седина в висках и чуть в бороде. Папуля…
Положила свою руку на его, слегка сжав. Как я только могла подумать, что у меня может быть другой отец?! Нет. Мой отец Золотарев Роман Георгиевич. От и до.
— Люблю тебя, пап.
— И я тебя, малышка, — улыбается в ответ.
Так и едем всю дорогу, держась за руки. И это больше слов.
Чем ближе мы подъезжали к зданию загса, тем сильнее я волновалась. Отец приободряюще подмигнул и, как только машина остановилась, помог мне выйти.
— Ну что? Пойдем искать жениха, — тут же появляется Крис и, подхватив меня под руку, повела внутрь. Следом двинулись гости, что уже приехали с нами.
Я жуть как соскучилась по своему будущему мужу. Ведь я его не слышала почти сутки. Мы договорились, что никаких звонков и сообщений.
У него там должен был быть какой-то маленький междусобойчик с другом. А мы с Крис и мамой посидели на кухне с соком и фруктами, поболтав до полуночи.
Крис открывает дверь передо мной, и я вхожу в просторный холл, где уже несколько пар томится в ожидании. Я глазами ищу Тимура. И нервно сглатываю ком, когда нахожу его. Моего Тимура. В костюме темно-серого цвета с белой рубашкой и галстуком-бабочкой. На ней, кстати, настояла я.
