Его любимая грешница

Я продолжаю смотреть на него с недоверием, и тогда он наконец меняется в лице:

– Ты что, реально не поняла?!

– Я реально не поняла, – отвечаю с сарказмом.

– Свежее мясо – это ты, дурочка, – Дионис закатывает глаза. – Новенькая девочка в клубе. Наш сегодняшний гость обожает таких... Непременно подойдет познакомиться. Так что будь готова ко всему.

– В смысле – ко всему?! – по-прежнему ничего не понимаю я.

– Ко всему, – повторяет Дионис многозначительно и уходит, а я снова остаюсь одна, только теперь с еще большим количеством вопросов.

..

Но так или иначе – обнажаться я больше ни перед кем не собираюсь, будь там хоть сам президент или господь бог. Да и вообще брать приват не хочу, ведь я все равно ухожу из клуба и не получу ни копейки из того, что заработаю... Так что Дионис и его депутат могут просто пойти в одно место.

Так называемый уважаемый гость появляется в нашем клубе где-то около трех часов ночи, и я действительно узнаю его: это Валентин Валентинович Турин – владелец заводов, газет, пароходов, депутат и благотворитель.

.. Впрочем – уверена, что добрая половина вырученных им на благотворительных проектах средств вливается вовсе не в детские дома и хосписы, а в его собственные бездонные карманы. Но мне нет до этого никакого дела – мне бы доработать смену и остаться в безопасности.

А Турин, как и предсказывал Дионис, важно обойдя клуб, как собственную вотчину, неторопливым шагом направляется к барной стойке и уже издалека ухмыляется противной похотливой ухмылочкой.

– Добро пожаловать, что вам угодно? – спрашиваю я у него, когда мужчина оказывается на расстоянии вытянутой руки, и изо всех сил молюсь, чтобы он попросил виски со льдом, а не танец официантки в БДСМ-привате.

Турин – называть его по имени и отчеству совсем не хочется, слишком много чести, – смотрит на меня, прищурив и без того маленькие черные глаза, а потом хищно облизывается и спрашивает то, чего я больше всего боялась:

– Значит, ты в клубе новенькая, верно?

Делать нечего, я вынужденно киваю:

– Верно, – а потом сразу пытаюсь перевести наш разговор в другое русло: – Налить вам виски со льдом или, может быть, вино? У нас новое поступление.

Есть коллекционные вина с большой выдержкой... – вот только у меня ничего не получается, потому что Турин вдруг поднимает ладонь, как бы говоря жестом: заткнись! Я послушно замолкаю и нервно сглатываю, пытаясь понять, что он скажет дальше. Но мужчина не торопится говорить.