Его любимая грешница

Она долгое время провела в подвешенном состоянии. Не больше, чем допустимо, но все-таки.

– Нет, – малышка мотает головой.

– Хорошо, – я киваю. – Хочешь пить или еще что-нибудь?

Вика смотрит на меня задумчиво, а потом кривит губы:

– Не хочу обратно на работу.

– Понимаю. Сколько Дионис запросил у тебя в качестве выплаты долга?

– Сто пятьдесят тысяч.

– Нехило, – я поджимаю губы и задумываюсь.

Вообще-то, у меня есть такие деньги, и я мог бы внести их в счет оплаты долга, но есть два вопроса.

Первый – согласится ли Дионис, или будет настаивать, чтобы Вика отрабатывала все сама, танцуя вокруг пилона и показывая грудь в приват-кабинках перед пьяными клиентами? Дионис – садист, так что все возможно.

И второй – согласится ли сама Вика? Всего за несколько дней знакомства с этой девочкой я успел понять, что она предпочитает быть самостоятельной и независимой, ни на кого не полагаться, не брать в долг и уж тем более не принимать такую существенную материальную помощь.

Надо будет поговорить с ней об этом.

Проходит минут пятнадцать, прежде чем я наконец окончательно прихожу в себя и собираюсь с силами, чтобы встать с постели. Все тело болит и ноет, но это приятная боль, напоминающая о бесконечных минутах кайфа, проведенных на кресте во власти мужчины. Между бедер все еще горячо и влажно, а еще следы от ремней немного зудят, особенно на запястьях и щиколотках. Я по инерции потираю их и переживаю, что их могут увидеть клиенты, другие танцовщицы или сам Дионис.

– Было бы здорово помыться после... после всего, – замечаю как бы между прочим, поднимая с пола свое нижнее белье и сценический костюм. Лицо все еще пылает от смущения, стоит только взглянуть на Дэна – и перед глазами начинают мелькать мгновения последнего часа, проведенного на андреевском кресте и в постели приват-комнаты...

– Ты ведь знаешь, что для танцовщиц в клубе есть душевые кабинки со всем необходимым – гелем, шампунем, кондиционером, зубной пастой и чистыми полотенцами? – спрашивает мужчина.

– Что-о-о?! – я смотрю на него, широко распахнув глаза. – Нет, я об этом впервые слышу!

– Ну, теперь будешь знать, – говорит он и качает головой: – Видимо, Дионис не подумал о том, что нужно сообщить тебе эту информацию, особенно теперь, когда ты в рядах танцовщиц, а не официанток.

– Да я до сих пор не уверена, что он вообще внес-таки меня в список сотрудников! – фыркаю я несдержанно. – Какой уж там душ...