Его любимая зараза (СИ)

Как и долгие и нудные сеансы медитаций с Аарахарном, решившим во что бы то ни стало разбудить во мне чувство сострадания к ближнему своему.

Честно, теперь я хотела прибить и его!

— Не могу, пап, — пристроив подбородок на широком бортике, я вздохнула. — Может, зря это всё? Может, Радахана уже и в живых-то нет?

— Я скорее поверю, что браслет на твоей руке блокирует доступ к метке, чем в скоропостижную кончину одного из сильнейших драконьих лордов, — послышался смешок метаморфа. — Вылазь, Лесь.

— А зачем она мне вообще нужна? — недовольно фыркнула, испытывая стойкое желание утопиться прям тут. — Не собираюсь я ни с кем танцевать! Имею право я весь вечер проторчать в компании собственного предка, одного из сильнейших темных лордов, или нет?

— Не язви, Лесёнок, — из-за двери раздался еще один смешок, показалась рука, и мне на макушку прилетело полотенце. — Как избранница Темнейшего, ты можешь послать кого угодно и куда угодно.

— Тьфу на вас, — почти всерьез сплюнула, и полезла вон из тепленькой водички. — Я б вообще осталась дома! Но этикет, что б его. Кто его вообще придумал?

— Спроси Черного Лиса, — послышался насмешливый ответ.

Я чуть не поскользнулась. Он и тут, оказывается, виноват!

Вездесущий у меня, однако, Князюшка.

— Хочешь сказать, он придумал сам этикет? — на скорую руку вытерлась полотенцем, и принялась влезать в висящее на манекене платье.

— Нет, конечно, — шипяще глумился змей за дверью. — Но когда впервые встал вопрос празднования столь эпохального события, как день рождения столь знаменательной личности, резко встала острая необходимость продумать официальный протокол мероприятия. И, как ты думаешь, кто этим занимался?

— Неразлучная пара: ехидный кицунэ, и вредная блондинка, — от души застонала я.

— Через пять минут скажешь это лично Тиас, — снова напомнил о себе отец. — Поторопись, у меня тоже есть дела. Нужно спрятать очередной клубок.

— Иду, иду, — на ходу поправляя подол, пошуршала быстрым шагом в спаленку, где своего часа дожидались парадно-выходные беленькие туфельки, по меркам аристократии очень даже скромные. — Я готова к очередной пытке.