Его любимая зараза (СИ)

С Майлин станется перебить все зеркала в Бриге! И тебя заодно. Нет, пусть ты, и твоя магия останутся нашим секретным оружием для всех. Дрогар должен сказать, что подслушал разговор Сафьяны… с кем-нибудь, не важно, с кем! Хоть с самой собой. Он ее обезвредил и решил сообщить, что в моем теле теперь Майлин. А дальше уже пускай мужики думают, что делать.

— Я могу дать Дрогару карманное зеркало, — послышался голос Лютеции, и вскоре из-за ширмы появилась она сама, одетую уже в обычную форму академии.

— Чтобы ты сама все услышала.

— Это будет отлично, — кивнула я.

— О чем вы? — вмешался ничего не понимающий ди Рейн. Пришлось ему все объяснять в подробностях.

Точнее, дать соответствующие наставления и отправить прямиком в кабинет лорда-директора, где его уже ждали.

Правда, я никак не ожидала, что выпроводив темного эльфа, Лютеция, проверив свою пленницу, вдруг полезет ко мне, в зеркало…

— А что ты мне предлагаешь? — аккуратно перетащив сквозь барьер вторую ногу, фыркнула магичка.

— Что я стану в комнате сидеть, как это убожество? Ну, уж нет! Я предпочитаю быть в центре событий! Тем более, мало ли, чем обернется их разговор. Зачем терять время на пересказы?

— И то верно, — подумав, кивнула я. — А почему твое тело там не осталось? Зазеркалье же!

— То родовая магия, — развела руками Лютеция, оглядывая серое, блеклое зазеркальное пространство. — Мне все условности без надобности. Ну, что, идем искать окно директорского кабинета?

Идем! Скорее уж бежим!

И мы пошли, как говорится, ночами темными…

Уже через пару минут я поняла, что не зря магичка, бывшая когда-то… ну, не лютым врагом, а скорее очень неприятным недругом, напросилась ко мне в напарники.

Ибо отражение карманного зеркальца, выданного темному эльфу, я сама искала бы сутками!

А она нашла правильное направление спустя пару минут, просто пощелкав пальцами:

И правда — в значительном отдалении от основных зеркал, прямо в воздухе висел небольшой, я бы даже сказала, робкий светящийся кругляшок, из которого доносилась отборная ругань:

— Я говорю тебе, Сааразас, это кто угодно, но только не моя разговорчивая зараза!

— Дариан, — расслышав слова, и этот яростный тон, охнула я, глядя на Лютецию, и машинально прижимая ладонь ко рту.

— Это он! Его голос!

— Я же говорила, — улыбнувшись, впервые за всё время, совершенно искренне, откликнулась Лютеция. — Иди уже. Возьми его в руки, не бойся. Я помогу.