Его любимая зараза (СИ)

Вот, собственно, и старшенький пожаловал!

— А, Аттанхэш, — дракон, первым узрев очередного незваного гостя посреди пустующего пляжа Забытого леса, легко поднялся на ноги. И, о чудо! Тройка воинствующих козявок в миг оказались за его спиной, не по возрасту мудро выбрав из двух зол меньшее. — Чем обязаны?

И, честно, глядя на рослую, широкоплечую, статную фигуру самого старшего из эльфийских принцев, я бы сделала то же самое. Только там уже места не осталось.

Когда-то раньше, не столь уж давно, я искренне считала, что меня бесит Дрогар — его брат.

Дрог мог похвастаться прекрасным чувством юмора и прекрасным характером. А этот? Мистер «Сама Серьезность», блин!

Уши длинные, пестрые крылья огромные, глазища янтарные, о кубики на прессе порезаться можно… Один раз случайно вписалась в его бицепс — так чуть не свернула бедный свой носик до состояния кривого пяточка!

Короче, лютый страшный монстр, а не главный претендент на замену действующему Владыке.

Кстати, по жуткому секрету: сам Владыка — мужик шикарный. И в кого, спрашивается, его детки пошли?

— Во дворец прибыло посольство, — сложив могучие руки с канатами вен на не менее могучей груди, Аттанхэш снисходительно посмотрел на дракона с высоты собственного роста. — Вас ждут.

И вот тут-то я заметно напряглась. Да так, что беспомощный взгляд, брошенный на Аарахарна, скрыть не удалось.

В смысле посольство? Уже? За мной?!

Нет, я, конечно, прекрасно осознавала, что долго бегать и скрываться не получится — земли темных эльфов и так почти бескорыстно даровали мне убежище на целых два месяца…

Но как-то всё слишком быстро, нет?

У меня еще не всё мороженое съедено, не все сериалы просмотрены, и уши лучшей подружки еще не опухли от моего бесконечного нытья!

Естественно, чтобы найти в этом мире альтернативу нашим нехитрым земным способам пережить расставание с парнем, пришлось как следует постараться.

— Что-то они долго, — отбрасывая назад роскошество своих длинных волос а-ля золотистое шелковое покрывало, заметил дракон, едва уловимо дернув уголком губ.

Я гневно покосилась на ленивую ящерицу. После его заявления на душе легче не стало!

— Два месяца — и без того долгий срок. Без надлежащего правления он и вовсе кажется бесконечностью.