— Давай, Лена… — простонал я ей в спину.
Я задвигался просто с сумасшедшей скоростью.
Влажные шлепки, стоны моей девочки и моё рычание наполнили комнату. Аромат нашей похоти смешался с воздухом, наполняя наши лёгкие.
— Моя! Моя! Моя-а-а-а-а-а-арррр! — заорал я и кончил в неё. Горячо. Глубоко.
В течение долгого момента мой член пульсировал и извергал горячую сперму в её шикарную задницу. Белой жидкости было много, и она потекла по её ногам, и на простынях расползлось мокрое пятно.
Меня сотрясало от сильного оргазма.
И Лена, что лежала подо мной, но всё ещё с задранной вверх попкой, вздрагивала и еле слышно постанывала.
Моя малышка кончила.
Хорошо.
Я всё ещё был глубоко внутри неё.
Я застонал, очень медленно выходя из неё.
— Ты и понятия не имеешь, как мне нравится тебя трахать, Лена. Запоминай моя сладкая, на завтрак я хочу получить минет.
Снова шлёпнул её по заднице, и довольно грубо сказал:
— Иди, помойся. Нам пока сменят простыни. Сегодня я сплю с тобой.
Лена, чуть пошатываясь от оргазма и сильно действующего препарата, покорно направилась в ванную. Сперма тонкими ручейками стекала по её ногам.
Растрёпанная, раскрасневшаяся, оттраханная моим х*ем, она выглядела очень возбуждающе.
Мне понравилось, как она покорно себя вела, но… Но мне не хватило остроты, её непокорности и гневного взгляда.
Всё-таки, приручать её и даже силой заставлять делать, что я хочу, гораздо приятнее, особенно, когда я знаю, что ей тоже это нравится.
Нет, эта фальшивая покорность не по мне.
Я хочу трахать свою мятежную Лену, а не услужливую куклу.
Глава 17
Прошла одна неделя
Елена
Проснулась в душной постели. Голова шла кругом, и я не сразу поняла, где нахожусь.
Солнечный свет пробивался через щели в шторах. Во рту я чётко ощутила кислый привкус. А голова взрывалась пульсирующей болью.
Беглый осмотр комнаты.
Вдох и выдох.
И память вернула всё по своим местам.
Дом урода Джанабаева.
Я его пленница.
И меня накачивали какой-то дрянью, от которой я была словно не в себе!
А вчера за ужином, я выпила лишнего.
Хотя Артур не поощрял алкоголь.
Должно быть, он и принёс меня сюда.
Осмотрела себя и усмехнулась. Я по-прежнему была в одежде. Ну надо же. Господин не захотел пьяную женщину. Смешно.
Но на место сарказма, пришло невыносимое отчаяние, смешанное с лютой ненавистью к Джанабаеву и всем его пособникам в этом проклятом доме!
Закрыла лицо руками и застонала.
