Его М.Альвина (СИ)

Делаю глубокий вдох до головокружения и прижимаюсь к Данилу:

– Мне понятно, что происходит со мной, потому что я тебя…

Замолкаю всего на долю секунду, потому что дальше слова зависают где-то в моей груди.

–… люблю. – Данил произносит это первый.

Сдавленно. Надсадно. С отчаянной дрожью в голосе.

И мы больше не произносим ни слова. Молчим, приютившись в углу узкого дивана.

Губы Данила осторожно касаются моего лба, а руки надежным кольцом не дают мне замёрзнуть от все еще распахнутого настежь окна. Мне сказать больше нечего.

Я ведь четко понимаю, что Данил – игроман. Зависимый. И это не решается по щелчку пальцев. Но сейчас я ощущаю его рядом с собой настолько близко, что хочу дать шанс.

Шанс ему, шанс нам, потому во мне слишком много веры в то, что Данил действительно этого заслуживает.

– У тебя руки трясутся, Аль, – Данил вздыхает и, качая головой, подходит ко мне ближе.

Он становится за моей спиной, забирает из моих пальцев шпильку и аккуратно заводит ее в высоко собранный пучок у меня на затылке.

– Спасибо, – выдыхаю с благодарностью.

Наши взгляды пересекаются в зеркале, перед которым мы застываем, смотря друг другу в глаза. Не прерывая зрительного контакта, Даня трепетно целует мое плечо, а широкие ладони обводят изгибы моего тела, которое все еще в одном кружевном белье. До выхода из дома осталось меньше часа, а я все еще торчу в ванной.

– Все будет хорошо, – шепот Данила горячими мурашками разбегается по коже.

Я зажмуриваюсь с прерывистым вздохом.

Конечно, будет. Мы уже целую неделю делаем вид, что в принципе у нас так и есть. Хорошо не складывается с поисками работы у Дани. Хорошо не решается вопрос с долгом. Данил все-таки уговорил меня не общаться с моей сестрой о вопросе займа денег по телефону, потому что Марина и ее муж укатили куда-то в свадебное путешествие.

«Хорошо» проходят мои репетиции у Граховского. Он орет на меня так, что стынет кровь в жилах.

Вижу, как Даня вздрагивает от каждого звука телефона. Слышу, как ворочается и не спит по ночам и как иногда с такой силой прижимает меня сонную к себе, что перехватывает дыхание и немеет под ребрами. Мне кажется, он боится.

И я боюсь. И за него, и за себя. Пока не знаю за кого больше, даже несмотря на то, что до отчетного концерта осталось всего пару часов.