Его маленький чертёнок

Ника, получив из моих рук купюру, заскочила в лавку с мороженым и прочими зубосводящими сладостями. Колокольчики на двери магазинчика звякнули, а потом улица снова погрузилась в ночную тишину, нарушаемую только далеким шумом машин и легким шорохом ветра.

Я посмотрел на Ветрову. Она подчеркнуто старалась держаться в стороне. Ежилась от ветра и, как мне кажется, думала, как бы быстрее от нас с Никой сбежать.

– Не переживай, на чай не напросимся, – решил я разрядить обстановку, пошутив.

Анфиса улыбнулась.

Совсем незаметно и чуть-чуть, но я уловил момент, когда уголок ее губ дрогнул. И мне бы и дальше стоять молча, подобно фонарному столбу, и ждать, когда уже дочь выберет мороженое и отпустит нас всех по домам, но какой-то черт дернул меня за язык спросить:

– Почему Нью-Йорк?

– Что? – слегка опешила девушка.

– Почему именно здесь, Анфиса?"

"Редко с моих губ срывалось ее имя. Заноза, зараза, пигалица, как угодно, но Анфиса… стоило произнести, и на языке осталось приятное послевкусие.

Терпкое, мягкое, мне определенно понравилось.

Удивительно. С каких пор простое “назвать женщину по имени” вызывает в теле такой шквал?

– Потому что варианты у меня были невелики, – пожала плечами девушка, крепче обхватывая пальчиками ремешок рюкзачка. – Флоренция предложила свою помощь, и я согласилась. Потому что с работой в столице у меня, откровенно говоря, не клеилось после ухода из дома.

Я сделал шаг. Один. Незначительный. Потянуло просто.

Но девушка опасливо на меня покосилась.

Это разозлило. Заставило завестись мгновенно. Будто я монстр какой-то!

– Откуда ты знаешь мою мать? – тон сменился на вкрадчивый и не терпящий возражений.

– Это допрос? – не осталось в долгу Ветрова.

– Пока что дружеская беседа.

– Вот у своей мамы и спросите.

– Она отговорилась какой-то чушью.

– Где гарантия, что я не поступлю так же?

– Ты врать не умеешь. У тебя на лице все написано, – ухмыльнулся, делая еще шаг по направлению к девушке.

Она отступила.

Глаза забегали по сторонам, а я, не в силах остановиться, продолжил наступать.

Стоило бы прямо сейчас, прямо в этот момент развернуться и, забрав Нику из магазина, уйти. Не оглядываясь, стирая вечер, эти ноги, тонкие ключицы и длинную шею, к которой хочется припасть губам, уничтожая к чертям из головы.

Хочется, да. Но не можется. Тянет к ней, а не от нее.

– Где там Ника? – пробурчала Фиса.

Маска решимости с девчонки слетела окончательно.