Его маленький чертёнок

Я видел, как забилась венка у нее на шее, как от волнения заблестели глаза и задрожали руки.

Хрупкая. Маленькая...

Это было наваждение. Пойманный момент полной дезориентации, когда Анфиса  отшатнулась. Всего секунда. Один вздох и один взгляд. Глубокий, словно затягивающий в трясину. Взгляд желания, и мои тормоза сорвало.

Неожиданно, мать ее, сорвало! Они просто, млять, отказали!

Не думал я, что способен так вспыхивать, как спичка. Сиюминутно. Мгновенно. От одного взмаха густых женских ресниц, одного вида губ и сладкого запаха духов, ударившего в нос, сшибающего с ног.

Но завелся. Так, что мозги отказали на хрен.

Я перехватил ее тонкое запястье и потянул на себя. Решительно и быстро. Не дав Ветровой опомниться, а мне передумать.

Анфиса переступила с ноги на ногу, ошалев от смены позиции, и влетела в меня. Моя вторая рука уже сжалась на талии девушки, вжимая ее хрупкую фигурку в мое тело. Еще шаг, и Фиса прижата к холодной бетонной стене, а мои губы сами ринулись к ее губам.

Девушка охает, а я, стремительно уничтожив между нами и так невеликое расстояние, впился в эти розовые пухлые губки.

Заглушая стон наслаждения, сорвавшийся с моих губ и теряющийся в ее мягких до одури и сладких до звона во всем теле, губах! В каждой гребаной, натянутой от ощущения ее, податливой в моих руках, мышце. Припал, как к последней спасительной капле воды в пустыне. Вжимая свои требовательные губы в ее.

Мягкие. Какие же они, с*ка, мягкие!

Невероятные! Нежные губы, которые от удивления приоткрываются, давая полную волю.

Абсолютный, мать его, контроль. Или Ветрова еще не опомнилась, или я слишком решителен, но моя ладонь уже сжимает ее затылок. Прижимает к себе, хотя куда уж ближе! Пальцы путаются в мягких волосах. А вторая ладонь сжимает талию, не дав девчонке возможность сдвинуться.

Мое тело охватывает болезненное желание оказаться еще ближе к этой упрямой строптивой девчонке, и язык сам пробирается в ее рот.

Я чувствую, как в моих руках дрожит Фиса. Ее пальчики сначала упрямо сжимают мой пуловер, комкая на груди, а потом впиваются ноготками сквозь ткань.

Все произошедшее сузилось до одного мгновение, за которое я успел понять, как давно не испытывал тупо кайф от поцелуя и как конкретно я налажал. Потому что стоило только ослабить хватку, как Ветрова меня отталкивает, и уже в следующую секунду мне по щеке прилетает звонкая, хлесткая, от души влепленная пощёчина.

Анфиса отталкивает меня и смотрит большими от испуга глазами. Невероятными, ошалелыми.