— А какое твое воспитание? Постоянные запреты на основе твоего нежелания понять ребенка и отсутствие времени для нее?! — всё-таки взрываюсь, повышая тон.
— Платон! Я…
— Все, закрыли тему. Ты что-то еще хотела?
— Да, я хотела встретиться с ней! — не просит — кричит в трубку, словно назло мне.
— Хорошо. Завтра. Я позвоню и сообщу время.
— Почему время определяешь ты? Этого в договоре не было.
— Я все сказал! — сбрасываю звонок, с грохотом откидываю телефон на комод. Нам вроде бы нечего делить, но у Марьяны дар выводить меня из себя.
Лерка забегает в комнату довольная.
— Алисе все понравилось, а еще мы завтра пойдем на каток. Можно? Мы уже договорились, — строит мне глазки. Хитрая.
— Мне казалось, что все должно быть наоборот. Сначала надо спросить, а потом договориться.
— Ну, пап, — тянет она.
— Ты завтра встречаешься с мамой.
Дочь сразу опускает глаза.
— Хорошо, — кивает, но без энтузиазма. Даже, можно сказать, расстроено.
— Подарок ей подаришь. Вы давно не виделись, — пытаюсь найти аргументы.
— Да, — соглашается Лера. — А потом можно на каток?
Киваю.
Несмотря на то, что мы с Марьяной развелись, мне неприятно, что дочь стала отдаляться от нее. С матерью должна быть связь…
— Хорошо, давай в ванну и спать. Сама справишься?
— Ну конечно, что я, маленькая, — фыркает Лера.
— Ты моя большая девочка, — целую ее в макушку и выхожу из комнаты. Пора пойти разобраться еще с одной хулиганкой.
Поднимаюсь наверх, подхожу к ее двери, заношу руку, чтобы постучать… Но ведь не откроет же. Нажимаю на ручку — открыто.
Замечательно. Будоражит. Тысячу лет со мной такого не было, чтобы все внутри переворачивалось от предвкушения встречи с девочкой.
В комнате горит лишь светильник на тумбе, кровать расправлена, на столе — Леркины подарки, в кресле брошено ее вязаное платьице, колготки и белье, из ванной слышится шум воды…
Закрываю глаза, это так заманчиво. И почти невозможно контролировать. Срабатывают инстинкты, хочется войти в эту ванную и… Черт, в этой комнате все пропитано ей. Девочкой, которая когда-то давно, будучи ребенком, заявила, что выйдет за меня замуж.
Прохожусь по ее спальне, осматриваюсь. Книги на тумбе, в основном романы, но есть парочка серьёзных. Телефон, наушники, серёжки, фенечки, тетрадки. Какая она всё-таки девочка еще.
Вода в душе стихает, проходит несколько минут, и дверь ванной распахивается. Поворачиваюсь, Алиса застывает, смотря на меня во все свои красивые карие глаза. И, черт, все мои серьёзные и вменяемые речи теряются.
