Его мишень

Оставив оформленную по всем правилам бумагу на столе секретаря, я тенью скользнула к деканату, чтобы забрать там кое-какие вещи: любимая чашка, кое-что из канцелярии, сменную обувь. Затем так же незаметно вышла в вечерние сумерки и добрела до своего авто, рядом с которым стояла единственная машина — Олеси.

— Привет, давно тебя что-то не видно, — поздоровалась «подруга», копаясь в багажнике.

— Скажи еще, что ты не в курсе, — играть в любезность не хотелось. Я до чертиков от всего устала.

Олеся опустила дверь и ухмыльнулась.

— Ну как же, весь универ гудел. Лихо ты Святика окрутила, а строила из себя такую недотрогу.

— Ничего я не строила. Не знаю, почему ты относишься ко мне так предвзято.

— Только дуру из меня не держи, я прекрасно видела, что вы вместе, просто скрываете свои отношения. Да все видели.

— И что такого? Это не запрещено законом.

— Не запрещено, но почему именно Святоша? Не было других парней, что ли? Или по-соседству удобнее, далеко ходить не надо?

— А ты завидуешь, да? — я улыбнулась.

И соврала бы, если бы сказала, что по-доброму. — Он же тебе самой когда-то нравился. Или нравится до сих пор, что скорее всего. Я еще тогда поняла, когда ты ко мне домой приходила и слилась с прямого вопроса.

— То есть тебе на него запасть можно, а другим нет? — моментально вскинулась она. — Да, он мне нравится, и что с того? Он многим нравится! Настоящий мужик, который знает, чего и кого он хочет.

— Только тебя не захотел и ты ядом подавилась? Теперь понятно, почему ты так изменилась, а я еще думала, в чем же причина.

Ты просто не могла видеть как я счастлива!

— Я знала, что рано или поздно вы порвете, Свят просто не выдержал бы долго такую как ты. Что он вообще в тебе нашел? — брезгливо окинула меня взглядом. — Погрязла вся в нелепых принципах, загонах, строить его пыталась наверняка, прогибать под себя. Никакой мужик подобного терпеть не будет! Я прекрасно знала, что тогда, в клубе, он из-за тебя морду Соболеву набил. Я все видела и именно поэтому ушла.

— Теперь он в полном твоем распоряжении, пользуйся.

Только как он не видел в тебе женщину раньше, так вряд ли рассмотрит сейчас.

Лицо напротив озарила злорадная улыбка.

— Он рассмотрел меня еще ДО тебя, дура наивная. У нас все было.

Еще один удар, хотя казалось бы, куда уж больше.

Сохранить хорошую мину при плохой игре — талант, который я хорошо прокачала.

— И когда, позволь спросить? — даже выдавила безразличную усмешку.

— Говорю же — до твоего приезда сюда.