Его мишень

Хам! Я с ним пыталась по-человечески, искренне, пыталась войти в положение и даже помочь, а он…

— Понятия не имею, чем именно я тебе не угодила, но создается впечатление, что у тебя ко мне что-то личное.

— А может, я просто по натуре своей циничный урод? — разбитые губы растянулись в улыбке, на нижней снова выступила капля крови.

— Знаешь, да, скорее всего ты прав, — избавившись от куртки, кинула тряпку ему в руки. — Похвально, что нашел смелость дать себе объективную оценку. Хорошей ночи.

И пошла по ступенькам вниз.

Телефон Олеси был выключен и дозвониться до нее я не смогла. Размышляя, куда же она, уйдя в туалет, исчезла, я поплелась к дороге, надеясь поймать такси. А еще я думала о паршивцах, которые испортили мне вечер. Вернее, об одном из… В жизни раз ведь куда-то вышла!

Хотя кто знает, что было бы, не вмешайся Бойко вовремя. Судя по поведению этого Соболева, закон ему не писан.

Как назло мимо не ехало ни одного бомбилы — трясясь от холода, я открыла записную книгу, разыскивая номер местного таксопарка и вздрогнула, когда совсем рядом раздался визг шин и у бордюра притормозил желтый спортивный автомобиль.

Опустив стекло, Бойко выглянул наружу:"

"— В таком виде лучше у дороги не стоять, дружеский мужской совет.

— Не помню, чтобы спрашивала твоего совета.

— Давай подвезу.

— Спасибо, сама доберусь.

— Уверена?

— На все сто.

— Ну, как хочешь. Пока.

— Пока, — смахнув с губ прилипшую прядь волос, демонстративно отвернулась. А потом резко вернула внимание еще не поднявшему стекло водителю: — Ты что, за руль сел?!

— Как видишь.

— В твоем состоянии?

— А что с ним не так?

— Ты можешь угробить и себя и других. И ладно еще себя…

— Ну спасибо.

— …другие-то при чем? Немедленно отдай мне ключ от машины, — требовательно протянула руку. — Давай-давай.

— Я не оставлю здесь тачку, — отрезал Бойко тоном не терпящим возражений. — Потом сюда за ней тащиться.

— Хорошо, тогда… тогда марш с кресла водителя, потому что поведу я.

Он раздумывал лишь секунду, потом, дернув плечом, перебрался на пассажирское сиденье.

— Прошу.

Я никогда не водила подобный ураган и несколько раз едва не вписалась в зад впереди плетущейся колымаги.

— Нужно быть Шумахером, чтобы водить такую машину. Как ты на ней ездишь вообще?

— С большим удовольствием. Разгоняется до ста километров в час за три с половиной секунды.

— Я заметила.

Благодаря богам, добрались до дома мы без каких-либо происшествий, и я оправданно выдохнула, заглушив озверевший мотор.