Его моя малышка

— Я бы хотела сказать тебе: не рассказывай. Понимаю, что это не по-мужски, нехорошо, неправильно. Но куда более неправильно носить это в себе, Ром, — погладила его Марина по колючей щеке. — Не хочу, чтобы тебя что-то мучило. Никогда.

— Зачем я без тебя вообще жил? — поцеловал он её в висок. — Она не любит нашу дочь, потому что Дианка моя.

Слово «дочь» сработало как холодный душ и Марина отстранилась.

— Не твоя?!

— Нет, как раз наоборот, моя. А могла быть не моя. Моржов сказал, Лиза ему плакалась, что я оторву ей голову или выгоню, если именно так и окажется.

Марина забыла, что надо дышать.

— Она сомневалась? До родов? Или уже после?"

"— Да какая разница, — он переложил руку, что Марину до этого обнимала, на плечо, но теперь она едва это заметила. — Она Дианку только родила и уже невзлюбила. А когда сделала анализ ДНК и подтвердила, что её отец я, похоже, именно с того дня просто возненавидела.

«Анализ… подтвердила… — пульсировало у Марины в голове. — Господи, я точно сумасшедшая, раз решила, что это моя девочка».

Но что-то всё равно не складывалось, что-то было неправильное в сказанном, даже противоестественное.



Глава 44. Марина

— Подожди, — подогнула Марина ногу на лавочку, чтобы развернуться к Гомельскому лицом. — То есть она убедилась, что девочка, которую она носила под сердцем и в муках родила — твоя? И поэтому теперь не любит собственное дитя? Из-за того, что ты, её законный муж, родной отец вашей дочери? За что же ей тебя так ненавидеть?

— За то, что на ребёнке настоял я. И получил, что хотел, — упёрся он двумя руками в крашеное дерево скамейки.

— А судя по словам Моржова пойти ей как раз было некуда, раз она боялась, что с чужим ребёнком ты её выгонишь, — убеждала Марина то ли его, то ли себя.

— Ну значит, этот козёл сбежал или беден, а она надеялась, что ей останется хотя бы его ребёнок. Только не вышло, — Роман оттолкнулся. Обошёл лавочку и встал к морю лицом. — Я всю ночь об этом думал.

— Да, это действительно многое объясняет, — усмехнулась Марина и встала рядом. Хотя ей пришло в голову совсем другое. — Ты такой романтик, — вздохнула она. — Веришь в любовь?

— С того дня как увидел Дианку — да. А теперь и подавно, — обнял он её сначала одной рукой, а потом передвинул вперёд и обнял сзади двумя руками. — А ты?

— Теперь — да, — прижалась Марина к нему спиной.