Его моя малышка

Наверно потому, что нервно и неровно — именно то, как она себя чувствовала. От смеха к слезам, от скорби к радости — её мотало как ветку на ветру, и она не знала, что делать.

— Ну, раз не открывают, значит, никого нет дома, — распахнул дверь Вагнер настойчивому гостю и осёкся на полуслове. — Марина?

— Одевайся, Гриш. Ты за рулём.

— А чего не позвонила? — послушно натягивал он где-то в комнате штаны, судя по звуку застёгивающейся молнии и бряканья ремня.

— Забыла телефон на работе. У тебя есть что-нибудь выпить? — бессмысленно открывала и закрывала Марина шкафчики на кухне, даже те, в которых ну точно не могло стоять спиртное.

— Макаллан. Тридцатилетний, — пришёл Вагнер с бутылкой в руках.

— А водки нет? Не люблю я эти пафосные дубовые настойки.

— Скворцова, тебе ехать или шашечки? — поправил он очки и, подхватив с тумбочки ключи, открыл дверь. — Тогда бери, что дают. Далеко, кстати, едем?

— На кладбище.

Повозившись с пробкой, в машине Марина глотнула прямо из бутылки. Обожгла горло.

Закашлялась. Но мужественно подавив отвращение, глотнула ещё раз.

— Ладно, раз ты решила пить и отмалчиваться, — уже где-то за городом не выдержал Вагнер, — тогда говорить буду я. Ты насчёт рабочих вопросов как?

— Не возражаю, — снова глотнула Марина. В желудке уже приятно потеплело, но в голове ещё был такой сумбур, что Марина пила и настойчиво ждала хоть какого-то просветления и определённости, прежде чем сообщать свои новости.

— Сдаётся мне, Марин, что «Морж-банк» решил прибрать к рукам твою компанию.

Я покрутил и так, и сяк, подумал с чего бы им вдруг делать такие сумасшедшие инвестиции, а потом прикинул объём кредитов, суммы, что крутятся на их счетах и нашёл слабое место, в которое они нацелились.

— В какое?

— Тридцать процентов. Это даёт банку право стать соучредителем и голос.

— Такие суммы у нас крутятся через «Морж-банк»? — удивилась она.

— Ещё нет. Но если через него переведёт свои деньги Гомельский, то да.

— А он должен так сделать?

— Не принесёт же он наличные в чемодане, Марин.

У нас не казино, чтобы менять их на фишки. Конечно, они пройдут по банку.

— И дадут Моржу карт-бланш на тридцать процентов и право управления компанией? — и снова скорее удивилась, чем ужаснулась она. — А он об этом знает? Гомельский? — как-то неприятно заскребло за грудиной.

— Возможно, нет. Но в его документах одним из условий стоит транш именно через «Морж-банк». Возможно просто потому, что он тоже с ним работает.