Иван Анатольевич прекрасно понимал, что его доводы меня не порадовали, и поспешил убраться от греха подальше. Я остался один. За окном уже давно темно, я чуть ли не единственный в огромном офисе. В этом огромном мире.
Я так давно один, что уже и перестал испытывать какой-либо дискомфорт по этому поводу. Наоборот, мысль о том, что мне придётся ломать себя и налаживать контакт с Верой, меня злит. Как я это буду делать? Сначала давил на неё, а теперь что — с цветами приду и попрошу прощения?
(муз. Зарисовка: LX24 “Уголёк» — выложена в группе автора вк)
Ещё одна затяжка.
Дым в потолок. Задумчиво смотрел на уголёк, тлеющий на кончике сигары. Стряхнул пепел. Свободная рука потянулась за папкой, которую я стал часто пересматривать.
Раскрыл. Перед глазами появилась фотография мальчика. Как же он похож на него… Понимаю, что это не он, а всё равно в сердце так ёкает, аж до боли. Пересматриваю эту фотографию с телефона Веры, будто от этого сын станет ко мне ближе. Пусть другой, но он ведь мой.
Я привык всё решать кардинально.
Деньгами, властью, силой. Но к ребёнку это не применимо, я осознаю. Во мне борется мой характер и желание получить нужное мне любой ценой с пониманием, что есть ещё чувства ребёнка. Он любит Веру. Она нужна Богдану.
Вера… Отодвинул фото ребёнка, под ним была карточка с изображением его матери."
"Смотрел на сына вечерами, иногда почему-то и на Веру. Есть в ней что-то такое, на что хочется смотреть. Открытые голубые глаза, правильные черты лица, очень привлекательные, мягкие губы, которые я не сдержался и захотел ощутить на своей коже.
И сейчас бы тоже повторил. Она вызывает странные эмоции, двойственные. Вообще давно никто во мне никаких эмоций не вызывал, как этот малыш и его мама. Вроде бы и плевать на неё с высокой колокольни, и тут же как будто бы и нет.
Нас связывает Богдан, и как юрист верно заметил, никуда от этого не уйти. Она родила мне здорового мальчика, она заботилась о нем. Он сыт, одет, не шляется бесцельно по двору. Вера — хорошая мама, как бы меня не задевали за струны души наши личные с ней отношения, которые как-то не сложились с первой встречи.
Из-за меня. Я могу её понять. Она — мать, борется за своё. Даже уважение вызвала своим поведением. Вижу, как она трясётся при разговоре со мной, боится, но всё равно стоит на своём. Неожиданный характер в такой наивной оболочке молодой слабой девушки. Думал, надавлю на неё, и Вера сразу всё подпишет. А нет, всё вышло не так. Что-то с ней не получается по привычному.
