Его невинная заложница

 — Просто делай, как я говорю, и никто не попадет в беду.

Он сам берется за ручку турки, пренебрегая прихваткой, и наливает напиток в чашку. Я же отступаю в сторону, когда он наклоняется за ней, чтобы не соприкоснуться с Дитмаром телами. От него идет тяжелая мрачная энергетика, которая продавливает тебя, хочешь ты этого или нет. Не представляю, как Яна ходила на встречи с ним, зная, что должна подставить его. Она совсем бесстрашная? Или угрозы были столь ужасные?

— Как я вовремя, — хриплый голос Армана раздается сзади.

"

"Я оборачиваюсь и ловлю его острый взгляд, хотя он оттаивает на минуту, когда Арман замечает, что на мне его рубашка. Ему это нравится, но еще больше ему нравится перспектива получить завтрак.

— Зиновий звонил из Северного, — бросает ему Дитмар, отходя с кофе к столу. — Он даст нам людей при условии, что мы подарим ему клуб и склад Стаса, когда свалим того.

— И много людей он даст? Зиновий жадный мужик, я с ним пару раз уже имел дело.

— С моими может хватить, — с усмешкой кивает Дитмар.

 — Только я тут прикинул — одной силы мало. Нужна хитрость.

Я почему-то напрягаюсь при этих словах. Срабатывает интуиция.

— Чтобы нам хватило людей, — продолжает Дитмар, — нужно выманить Стаса из его укрытия. Штурмовать его клубы или резиденцию — херовая затея, а вот поманить его чем-нибудь в другое место…

Я оборачиваюсь и смотрю на Дитмара, ожидая, когда он договорит.

— Вернее, кем-нибудь, — заключает он.

Глава 52

— Предлагаешь выманить Стаса кем-то из них? — сухо говорит Арман. — И кем же?

В его голосе сквозит насмешка над братом, потому что он не готов отдать меня, но ему жутко интересно, сможет ли его брат пожертвовать Яной.

Готов ли он использовать ее как приманку. По идее должен быть готов, потому что ненавидит ее и ему плевать на жизнь моей сестры. На деле же я едва улавливаю то, как Дитмар сжимает челюсти, а его взгляд чернеет, правда, всего на мгновение. После он совершенно собран и спокоен, точно такой же, каким был секунды назад.

— А разве есть варианты? — он отпивает кофе с чашки и ставит ту на подоконник, рядом с пистолетом.

Смотрит на Армана из-под густых ресниц и ждет его ответа. Я же молча стою и изучаю этого мужчину. Он не такой прямой, как Арман, больше скрывает, но оно и понятно: он видит меня второй раз в жизни, а ему предстоит выкладывать все карты только потому, что я с его братом. Еще он четко контролирует эмоции. Я помню, как они предавали Армана, как он делал больше, чем должен был, как проявлял эмоции.