– Уверен, ты даже не пробовала, чтобы делать такие заявления."
"– Да, не пробовала и с тобой этого делать не собираюсь! Все мои первые разы будут принадлежать мужу, а не похитителю! – взрываюсь окончательно.
Влад запрокидывает голову назад и громко смеётся. Этот звук прокатывается по моей коже, вызывая мурашки.
– Расскажи мне ещё о своих розовых мечтах девственницы.
Из уст Туманова слово «девственница» звучит, как ругательство.
– Я не собираюсь делиться с тобой никакими подробностями, тем более сокровенными и интимными! Я верю в таинство брака, и в то, что муж – единственный мужчина… – начинаю горячо говорить, но замолкаю.
Зачем я вообще это говорю? Для чего? Как Влад так легко выводит меня на эмоции? А я ведусь! И начинаю говорить заученными фразами, которые хотят слышать окружающие. Ведь нельзя же думать по-другому….
– Единственный мужчина, продолжай, очень интересно, – веселится Влад.
– А ты сам догадайся! Но, наверное, не сможешь, потому что ты чудовище, и никто не захочет связывать свою жизнь с тобой!
Туманов допивает остатки алкоголя и кидает стакан в стену, тот разбивается.
Я вздрагиваю от неожиданности, а Влад оказывается возле меня. Глаза лихорадочно горят, а на скулах ходят желваки. Я громко сглатываю, когда он снимает с себя мокрую футболку. Запрещаю себе смотреть вниз, упрямо удерживаю его взгляд.
– Я чудовище, а ты гребанная лгунья. Идеальная пара.
Моргаю, и глаза против воли опускаются вниз на его тело…
Влад сложен, словно Бог. Идеальный треугольник, как говорят.
Узкие бедра, накачанный пресс, широкая грудь. Медленно обвожу взглядом каждый сантиметр тела мужчины, а саму в жар бросает. Красивый. Татуированный. Почти всё тело покрывают чернила. Пытаюсь рассмотреть каждую, но взгляд то и дело скачет с одной на другую, пока не поднимается на уровень его груди…
Я удивлённо выдыхаю и делаю шаг назад, чувствуя, как острый осколок впивается в ногу. Но мне плевать. Я смотрю на татуировку на его груди.
На татуировку белой розы…
18
Камилла
Нет! Нет! Нет!
В мыслях бьётся одно-единственное слово.
Этого не может быть! Это дурной сон, жестокий розыгрыш!
Я смотрю на татуировку и понимаю, что моя жизнь вновь рушится. Я поднимаю глаза на лицо Туманова. Такое чувство, что только сейчас я могу рассмотреть его по-настоящему. Лёгкая щетина на высоких скулах, взгляд пронзительных голубых глаз, от которого не хватает кислорода в легких…
И в моей голове начинает складываться пазл.
