Его Сиятельство Бессмертный

— О чём ты говоришь? — прошелестела она, попятившись и едва не сбив с ног собственного сына. — Ты мёртв, Вадим. Ты…

Она округлила глаза и обвела нас всех изумлённым взглядом. Затем уставилась на графа Бессмертного и пробормотала:

— Иван Иванович, нежели вы постигли запрещённое учение? Самое грязное и злое из всех них⁈ Неужели вы пошли против самой жизни и начали поднимать мёртвых⁈

Я хотел было ответить за своего добренького и стеснительного братца, но не успел. Иван решительно шагнул вперёд и громко сказал:"

"— Да это так.

Я стал заклинателем смерти. Я лекарь, и я не люблю сдаваться. Я верю, что, если постигнуть это учение, можно выйти за грань медицины и лекарского искусства. Хуже всего, когда лекарь не успевает прибыть вовремя. Вы ведь знаете о том, что семь лет назад крысы, подобные тем, которые напали на ваш дом, прорвались и в мой подвал? Я тогда был в нашей больнице с пациентами. Но, услышав об инциденте, сразу рванул домой. Почти сразу… мне нужно было сперва закончить операцию. И знаете, что было, когда я вернулся? Мой двоюродный брат умер у меня на руках. А мой дядя за три минуты до моего прихода. Мне не хватило времени. Это не первый случай, когда я терял пациентов… Но после него я решил стать не только лекарем, но и заклинателем смерти. Не ради того, чтобы создавать княжество мёртвых, как в страшных сказках. А чтобы спасать живых. И благодаря тому, что я постиг это учение, я смог вернуть себе брата. Благодаря которому мы и спасли вас и Тимофея. Поэтому отбросьте предрассудки. И не отталкивайте вашего товарища, который пожертвовал жизнью ради вас и вашего сына. Он отдал самое ценное, что у него было, и не заслуживает плохого отношения к себе.

Иван замолчал и гневно выдохнул.

Графиня Нестерова, хлопая пышными ресницами, изумлённо смотрела на него. А её сын, осторожно выглядывая из-за спины матери, изучал моё лицо. Я подмигнул ему. Он вздрогнул, но затем молча кивнул и смущённо улыбнулся.

Раздались размеренные хлопки.

— Браво, граф! — изрёк Игорь.

— Аплодирую стоя. Ваша жаркая тирада тронула моё небьющееся сердце.

— Эм… да, спасибо… — пробормотал граф Бессмертный, растеряв весь свой пыл.

Игорь же подошёл к Вадиму и, хлопнув того по плечу, проговорил:

— Впечатляет, что у тебя и после смерти ценности и ориентиры особо не поменялись. Видать, очень важны для тебя эти люди, — кивком он указал на малолетнего графа Нестерова и его мать.

— Важнее жизни и свободы, — пробасил Вадим.