Я только хмыкнула ехидно и отошла к столам, где взяла большой нож и стала нарезать пирог. Анька ввязалась в готовку, привезла какие-то травы для чая. Я нарезала её пирог с вишней и всё сложила на одноразовые тарелки. Понесла в столовую.
А там зал полон людей. Набежали не только из нашего касса и параллельного, ещё те, кто на год и два младше учились.
Я быстро пробежалась по толпе взглядом. Нашла Васина. Лёшка с другими мужиками столы ставил в один ряд, организуя один большой. И выделялся мой одноклассник на фоне других мужиков, серьёзно.
Фигурой своей неслабой, руками жилистыми и рубахой от Армани, что не только я заметила, но и некоторые потёртые бабёнки. Только вот Лёша ко мне приехал.
Точно ли ко мне? Я тяжко вздохнула и прошла к столу.
***
Пока я на стол накрывала, меня кто только по попе не ударил. Ну не даёт покоя моя задница мужикам! Только к залу задом повернулась, только тарелки с пирогами опустила на столешницу, по правой ягодице мощный удар. Так бил меня только Антон, но его здесь быть не могло.
Кожу даже сквозь утяжку зажгло огнём. И немного накатило возбуждение, потому что нравилось мне это дело.
Но спуска я давать была не намерена. Резко обернулась, чтобы вмазать уроду. Мужик тут же увернулся от удара и встал в боксёрскую стойку, скалился, как зверь.
Смуглых да кареглазых в нашем классе было трое: Лёша Васин, Катька Тугарина и этот хмурь. Шишков Рома, полный ушлёпок и хронический долбо*б. Дикий волчонок, агрессивный хулиган. Хуже него только Трэш.
История Анечки — Белой плесени — не закончилась после того, как мы с классом обнаружили на её теле шрамы и ожоги.
Конечно же, я бы так не оставила всё это дело, и Катька Тугарина тоже, так что полицию и скорую мы вызвали. А вот то, что сделал Шиша, повергло всех в шок.
Анечка с Шишей сосались по коридорам, за ручку гуляли и играли в морской бой, запихав руки друг другу между ног. И Шиша был сторожевым псом у ног этой бледной чертовки. Он бы не дал нам избить Плесень. А когда увидел, что на теле его девчонки… В общем, он догадывался, что мать у Анечки садистка.
И мамашу её порезал ножом, выколол глаз и спалил волосы. Шишкова посадили на два года, потому что это был не первый случай, когда он ножом махал.
И теперь передо мной стоял не волчонок, а настоящий волк с бандитской харей. Наколка просматривалась под дорогой рубахой. И у основания большого пальца на смуглой коже тоже было что-то нарисовано. Шиша невысок ростом, но в телосложении мощный.
