Сука!
Ненавижу такие дела!
Я стала заглатывать, дрочила рукой. Почувствовала, как на волосах ослабла хватка, и любовник стал рычать. Он бёдрами вверх подавался, чтобы трахнуть меня в горло.
Большой, минет оказался болезненный, но возбуждал.
– Не спеши!
Размечтался! Я так надрочила, что он стрельнул мне в рот терпким горьковатым семенем. Ни капли не сглотнула, всё ему выплюнула на лобок.
Психовано ударила по его рукам и отстранилась.
– Это не любовь, Васин!!! Это торгово-рыночные отношения! Я тебе ипотеку закрыл – соси! Я верну тебе деньги! Вали на х*й из моей квартиры…"
"Я взвизгнула, когда он повалил меня на спину, задавив своим весом.
Я хотела крикнуть, но мой рот закрыли его мягкие губы. Целовал. После минета.
И такое бывает?
– Клянусь, научусь делать куни, – пообещал он мне, и его лицо опять укрывали густые пряди волос. – Ты просто у меня единственная за всю жизнь. Ты сейчас остынешь, и научишь меня всему.
Ох, ты ж!
Врёт ведь!
А если нет? То это ещё сильнее пугает. Только одержимости не хватало.
С другой стороны, вон Трэш одержим был своей Катькой, и как она сейчас счастлива.
Но Трэш ведь не психически больной. А Васин, однозначно, не в себе.
– Васин, ты меня пугаешь, – призналась я. – О чём мечтаешь ты?
– Выполнить все твои мечты. И спасти тебя.
– А спасение в чём состоит? – подозрительно посмотрела на него.
– Не дать тебя в обиду, – он стал сползать с меня. – Я покурю на балконе?
– Кури, – кивнула я, с полным непониманием глядя на него.
И рвалось из меня наружу два желания: свалить побыстрее и вникнуть в суть дела.
Васин пугал до нервного тика. Я не хотела это признавать, но у него раздвоение личности. Возможно, неполное, потому что он в курсе, что делает, когда «преображается». Здесь нужно консультироваться со специалистами. Возможно, сам Лёшка мне расскажет, что с ним происходит.
Сбежать от него хочется, и понять.
Нравится очень. Физическая форма у него потрясающая. И на лицо приятный. Заботой веет и… я единственная. Помня Лёшку в школе, не удивлюсь, если это правда.
Твёрдо решила забить на садистские замашки своего любовника. Пошла в душ.
Он стоял в коридоре, натягивая свои джинсы. Кинул на меня взгляд и улыбнулся. В задних карманах взял помятую пачку сигарет и старый, простенький телефон.
– Люблю тебя, – сказал он и ушёл в гостиную, где с треском открыл старую балконную дверь.
– А я ещё подумаю, – сказала сама себе и пошла в ванную «отмывать» свой вечер встречи выпускников.
