Его сладкая девочка (СИ)

В глазах чернота и пустота, челюсти плотно сжаты, желваки играют на скулах, кожа бледная.

— Рома, я… я хотела сказать.

— Дарья! Мы уходим! Расскажешь все по дороге. Паша, найди ее вещи.

Я практически ничего не слышу, только смотрю на Романа через пелену слез, делаю шаг, но он останавливает движением руки.

— Тебе надо уходить.

— Рома, я всего лишь хотела помочь, я… я… так получилось.

— Дарья! Прекрати! — голос отца бьет по нервам. — Идем. Я жду.

Словно пощечина. А мне хочется просто упасть и выть.

Я, наверное, до конца так и не понял, что только что произошло.

— Роман Александрович, вот, я вспомнил, у меня отличная память на лица.

После стука в дверь входит Сергей, протягивает открытый журнал, не хочу смотреть, примерно знаю, что увижу в нем.

— Я ведь помню, что лицо знакомое, и видел своем недавно. Так и есть, это интервью в одном из экономических журналов с олигархом Дымовым Владимиром Сергеевичем, а вот и семейное фото.

Беру из рук юриста журнал, глаза цепляются лишь за заголовок, что крупным шрифтом выделяется на фоне всего текста: «Наследницы огромной империи очаровательные сестры Дымовы». На одном из фото мужчина в строгом костюме и две девушки на фоне стеллажей с книгами.

Даша старается выглядеть серьезно, но в глазах огонек, а на губах легкая улыбка, волосы откинуты на одно плечо, строгое платье, все очень достойно, как и положено дочери миллионера.

Сердце гулкими ударами отдается в груди. А я смотрю на мою Орешкину все не в состоянии собрать себя в кучу.

— Оказывается, наш секретарь — богатая девочка, вот, смотри, Роман Александрович, там еще написано про жениха и слияние капиталов. Ну, это ведь так естественно, деньги тянутся к деньгам. Богатые папочки женят своих наследников.

— Когда вышел этот журнал?

— Ноябрьский выпуск.

— Понятно. Спасибо тебе, иди.

Сергей уходит, а я снова смотрю в окно. По логике, все должно сложиться, как в дрянном сериале или поганом романе. А я, как главной и недалекий герой, посчитаю свою девушку предательницей, что она специально втерлась мне в доверие, залезла в постель, а потом, манипулируя чувствами, склонила к продаже фирмы.

Орешкина — точнее, Дымова Дарья — кто угодно, но только не великая манипуляторша.