Из груди вылетает рваный вздох, а Дамир делает последний шаг, разделяющий нас. Так, что теперь мне приходится запрокинуть голову и даже встать на цыпочки, чтобы быть хоть чуть-чуть ближе и выше. А чтобы я не упала, мужчина обнимает меня за талию и прижимает к себе. От этого уверенного жеста дышать становится в тысячи раз сложнее.
– Так что, я справился, снежинка? Я заслужил свой рождественский подарок? – говорит Дамир, и звучит это очень и очень двусмысленно.
– Рождество в Швейцарии прошло, – замечаю я совершенно невпопад.
– Новый год нет.
– И… и что бы ты хотел получить в подарок? – каждое слово выходит тише предыдущего, и вообще звуки вылетают с трудом.
Я все еще прячу руки, чтобы нечаянно не начать их распускать, но совершенно упускаю из виду, когда Дам успевает сжать мои ладошки своей, блокируя таким образом мои руки за спиной. Опасно. И о-очень близко.
– Исполнение своего желания.
– К...какого желания?
– Которое ты мне задолжала, Евангелина.
– Но ты не скажешь мне, что это за желание, да?
– Нет.
Пока, – подмигивает Дам и, как мне кажется, с сожалением вздохнув, разжимает свои тесные жаркие объятия, выпуская меня. – А ты, снежинка? Чего хотела бы ты получить на Новый год? Если бы тебе сказали, что готовы исполнить любое твое желание, что бы ты попросила? – огорошивают меня вопросом.
А я? Чего желала бы я? Простого, на самом деле. Я уже очень давно не находила под елкой неожиданных подарков, просто потому что бабуля была женщиной не сентиментальной и сюрпризы делать не любила.
По ее мнению, самый лучший подарок – это нужный подарок. И как правило, покупался он со мной и заранее. Последний раз, когда я бежала к елке, чтобы увидеть коробку в яркой подарочной обертке, был далеко в детстве. В мой последний новый год с родителями.
Ожидание чуда – вот, что я хотела бы получить.
– Сюрприз, – говорю я, отступая и отводя взгляд в поисках, с чего бы начать сегодняшнюю уборку. Пора бы уже приниматься за работу.
– Сюрприз? – удивленно переспрашивает мужчина.
– В каком смысле сюрприз?
– В прямом. Да, сюрприз, – закивала я, улыбаясь. – Любой. Любую мелочь, о которой я бы не знала, и которая ждала бы меня первого января под елкой. Будь это хоть шоколадка, хоть игрушка, мне все равно на самом деле.
Дамир, кажется, на какое-то мгновение даже растерялся, поднимая взгляд глаза в глаза и явно силясь рассмотреть что-то в моем выражении лица. Слишком до-о-олго и слишком внимательно.
