Каждое прикосновение, каждый вздох и сумасшедшее желание притянуть его к себе еще и еще чуточку ближе безумно подстегивает. А понимание, что то, что я делаю ему нравится, будоражит все внутри.
Разве можно получать такое удовольствие от поцелуя?
Рука Дама скользит к моей футболке, слегка задирая ее, и я не могу ему препятствовать. Попросту сил нет, чтобы отстраниться первой. Горячая ладонь касается голого живота, и Дам, обнимая меня за талию, настойчиво и уверенно тянет меня на себя, заставляя, всего на мгновение разорвав поцелуй, сползти на пол и перебраться к нему на колени, и тут же снова захватывает мои губы в свою полную и безоговорочную власть.
Его ладонь на моей спине крадется нежными ласками вверх по позвонкам, а вторая пробирается к резинке на моих волосах, и, стягивая ее, рассыпает длинные локоны по моим плечам.
– Дам… – шепчу прямо в губы мужчины, ерзая на его ногах, и снова отчетливо чувствую мужское возбуждение, но в этот раз эта мысль почему-то совершенно не пугает и уж тем более не отрезвляет.
Наверное, я просто сошла с ума!
Снова по телу прокатывается волна жара, собираясь где-то между ног, а его губы терзают, кусая и посасывая мои в набирающем обороты поцелуе. Легкие начинают гореть, воздуха критически не хватать, а это распыляющее новое и незнакомое мне чувство - ныть. Мне просто отчаянно хочется, чтобы ладони мужчины оказались у меня не на спине, а на груди, которая наливается и затвердевшие соски которой больно трутся о ткань футболки. Я даже бесстыдно подаюсь вперед, наверное, совсем задавив в себе остатки разума, и прижимаюсь к Дамиру.
Снова стон. Мой, или его, не знаю. Руки мужчины тянутся к краю моей-его футболки в явном намерении снять. Уже тянут вверх, почти оголив грудь... когда нас прерывает телефон Дама.
Звонок.
Неожиданный и громкий в тишине гостиной, где слышно только наше сумасшедшее дыхание и треск поленьев в камине.
Вот это отрезвляет.
Я первая прихожу в себя. Одергиваю футболку и отстраняюсь от мужчины, красная, как помидор, то ли от смущения, то ли от чего-то пугающе сильного и доводящего до исступления.
Возбуждение. Да, это было оно. Перекрывающее разум и пробуждающее какие-то отчаянные первобытные инстинкты, которым трудно не поддаться. Тем более, когда тебя целуют так. Умело, жадно, и сладко.
– Т...телефон, Дам… – пытаюсь унять сумасшедшее биение сердца, подскакивая на ноги и суетливо приглаживая волосы трясущейся ладошкой. Дыхание спирает так, словно я пробежала стометровку.
