Три? С ума сошли! Женщина еще меня уверяла, что мне, намекая на мой возраст, подумать бы не помешало. В общем, я в тот раз был зол до жути. Пришлось дернуть за связи да так, что нас уже готовы были расписать хоть через пару часов. Однако пару дней я взял отсрочки. Ева хотела подготовиться и позвать родных. Сочинская родня была в курсе, но извинялись, что приехать не смогут, но взамен ждали нас уже в качестве мужа и жены к себе в гости, и пламенно обещали сыграть для нас еще одну свадьбу.
Я представлял Еву в белом пышном платье.
Как это обычно бывает. Но меня ждал еще более сногсшибательный вау-эффект!
Мой мир озарила вспышка, когда я увидел ее, выходящую из машины прямо у ЗАГСа в платье цвета шампани с юбкой, плавно струящейся легкой тканью к стройным ногам, обутым в милые туфельки в тон. Чуть приоткрытые плечи, красиво и сдержанно обрамленное декольте, и мое колье, что я ей подарил накануне. Ведь эту ночь она ночевала у Златы. Маленький девичник."
"А я с Громом просидел в офисе с бокалом виски.
Расслабиться мне тогда не помешало, потому что я жутко нервничал.
Нет, я не сомневался в правильности действия. Это решение – одно из самых что ни на есть верных, я был уверен в Еве на все сто, и абсолютно на столько же в своих чувствах к ней. Но все равно мандражировал, просто как мальчишка, что не ускользнуло от глаз Громова...
“– Все заголовки газет завтра будут пестрить вашими фото, – усмехается друг. – Это же чуть ли не свадьба века!
–Плевать, – делаю обжигающий глоток виски.
– Когда собираетесь уезжать? Слушай, хватит нервничать, будто в первый раз женишься, – снова его усмешка.
– А ты знаешь, как в первый. Потому что с Евой я наконец почувствовал себя живым…”
Вот это была чистая правда. До нее я не жил, а существовал.
Приняв ее похолодевшую ладошку в свою, сжал ее, желая согреть. Маленькая и такая хрупкая, светится от счастья и трясется от волнения, прямо как и я. Мне кажется, своим чувством мы можем, как минимум, спалить к чертям это здание.
Я не слышал ни единого слова регистратора до тех пора, пока она не произнесла заветное:
– Объявляю вас мужем и женой….
Все!
Моя сдержанность полетела к чертям!
Наш первый поцелуй мог бы длиться вечность, но чувство приличия никто не отменял. Хоть и гостей был минимум, а это мои родители и наши свидетели: Громов и Злата, подруга Евы, а нас от маленькой компании родных и близких надежно прятал букет моей теперь уже жены, но… эх, везде это но.
