Его строптивая любовь (СИ)

Академия организовала мне отдельный вход в башню, построив за утро вторую винтовую лестницу!

Я выбежала на улицу и посмотрела на пристроенную к основной башне ещё одну — узенькую башенку–трубу. Вспомнила, как накануне переживала, что придётся соседствовать с Маро и рисковать, если вдруг сирена вырвется на свободу и подстережёт меня на лестнице.

— Ты самая лучшая академия в мире! — произнесла с чувством и, подбежав к новострою, прижалась, как к родному. — Люблю тебя. Спасибо огромное!

Дверь основной башни скрипнула, отворяясь, и я отлипла от своей башенки, чтобы поздороваться с рыжиком.

— Доброе утро, — поприветствовал меня Маро. — Так хорошо и дружно мы с тобой жили, пока кое–кто не заселился, — добавил он, многозначительно поиграв бровями.

Я только открыла рот для вопроса, что он имеет в виду, как следом за рыжиком появился Рагнар. Выходит, он специально предъявил академии все свои способности, чтобы присматривать за нами. Лишился козыря в рукаве ради меня. А тут академия… отчебучила.

Мамочки, я ведь спала в одежде и не приняла душ! И косы, наверное, растрёпаны.

— Доброе утро, — поздоровалась с мужчинами и, коротко кивнув, удалилась, чтобы привести себя в порядок.

Пока поднималась без экивоков попросила академию добавить зеркало в полный рост на мою дверь. Я, конечно, за естественную красоту, но в земном её понимании — с незаметным нюдовым макияжем.

К моему появлению в спальне зеркало уже стояло на месте, и я вдруг поняла, что Эрмид меня затягивает всё сильнее и сильнее.

Я уже и о Земле почти не думаю, и по социальным сетям не страдаю, даже почти привыкла к отсутствию интернета. Почти, но не совсем, конечно. Как ни крути, а это гениальное изобретение человечества и с ним магический мир нравился бы мне куда больше.

Меня тянули назад лишь два человека — мама и лучшая подруга. Будь они здесь, я бы и не думала о возвращении. Ну разве что в отпуск прогуляться.

Представила рекламный баннер: «Горящий тур Арима, Эрмид — Каир, Земля. 6 дней, 7 ночей.

Всё включено, магия выключена», хмыкнула.

Настроение было чудесным, хотя немного царапало чувство вины из–за Рагнара. Пыталась, конечно, себя утешить стандартными фразами, вроде: «Он взрослый мужчина, умеет просчитывать риски. Если принял решение вскрыться, предъявив во всеуслышание четыре стихии, кто я такая, чтобы ему запрещать?», но отпустить ситуацию всё равно до конца не удалось, и я пообещала себе быть к нему внимательнее и поменьше вредничать.