Его строптивая любовь (СИ)

Может, у него есть какой–то особый дар?

К слову, уже не в первый раз я обращаю внимание, что он умеет убеждать, может у него, как и у меня, в роду есть сирены.

Прислушалась к интуиции, но та не шевельнулась. Вредина.

— Маро, у тебя случайно нет книг про сайрен? Мне интересно, как они воздействуют на окружающих, в чём суть их дара, механизм, если выразиться по–другому. Вдруг я тоже смогу, — добавила то, что не собиралась.

— Ты — саашани, Алессаль, — без капли сомнения произнёс мужчина. — Этот дар подобен дару сайрен, но всё же несколько отличается.

Сайрены говорят, закладывая в каждое слово мысль–приказ, программируя конкретное действие, если говорить привычным тебе языком. Ты будешь действовать по–другому — через магию голоса и иллюзий, через убеждение, мечту, если угодно.

Я сбилась с шага и едва не рухнула, беспомощно всплеснув руками. В последний момент схватилась за стену, удержала равновесие. Будь здесь Рагнар, он бы уже подхватил меня на руки, воспользовавшись ситуацией, но хорошо воспитанный Маро и не думал поступать подобным образом.

Дал возможность справиться самостоятельно, хоть и расставил руки, приготовившись меня ловить при необходимости.

Застыла в полуобороте.

— Ч-что? — выдохнула, таращась на рыжика, который стоял ниже и сейчас был со мной одного роста.

— Ректор дал тебе неверную информацию. Сайрены и огненные тёмные обладают разным даром со схожими свойствами. Несмотря на то, что в тебе есть часть крови морской расы, ты огненная тёмная и владеешь только саашани, — вновь объяснил мне Маро, стараясь говорить максимально понятно.

— В любом случае не переживай. То, что твоя мать из более слабой расы, не делает тебя уязвимой или недостаточно хорошей для остальных тёмных, — поспешил утешить Маро, хотя я и не думала на эту тему — не догадалась пока. — Кровь огненных тёмных нельзя ослабить, её можно насытить незнакомой энергией и тем улучшить.

— Ты моей смерти хочешь, — простонала, пытаясь разобраться, не только, откуда он знает, что я саашани, но и что говорил мне ректор в своём кабинете за закрытыми дверями.

— Совсем нет. Напротив. Пойдём, ты устала и должна отдохнуть.

— В обмороке, — буркнула, разворачиваясь и машинально переставляя ноги. Мозг отказывался обрабатывать полученную информацию, обложившись пропитанной нашатырём ватой.

Маро молча провёл до двери, пожелал спокойной ночи и удалился. А я, несмотря на сильнейшее потрясение, а возможно благодаря ему, упала на кровать и отключилась.

Утро вечера мудренее.