Его строптивая любовь (СИ)

Тело горит, плавится, не позволяет полноценно включить разум, а тот и рад — плавает, бессовестный, в розовом сиропе, не желая менять локацию, так ему в нём хорошо. Лишь из вежливости подплыл к берегу, мол, здесь я, здесь, если очень нужен, так уж и быть, выползу и начну шевелить извилинами. Может быть. Когда–нибудь.

— Отпусти, пожалуйста, — шепчу практически беззвучно, однако за дверью всё прекрасно слышат те, кому не стоит.

— Тебя удерживают силой? Я сейчас позову кого–нибудь на помощь! — кричит мама и удаляется, спускаясь по ступеням.

А я так напряжена, так взволнована, что отчего–то слышу каждый её шаг и точно знаю, где она находится. И скорость у неё удивительно высокая — потому что и пяти секунд не прошло, а она уже скрипит дверью, выбегая на улицу.

— На помощь! — кричит она, и я, наконец, избавляюсь от гормональной бури внутри, более–менее прихожу в себя, осознаю, где и с кем нахожусь, что на самом деле происходит. И это не виртуальная реальность, а моё настоящее!

— Неугомонная женщина, — вздыхает Рагнар и одним движением руки запускает всю мою одежду в полёт.

Она послушно выстраивается в линию, будто висит на невидимых плечиках, и начинает медленно плыть над кроватью, образуя хоровод. — Выбирай, во что тебя нарядить.

— Сама оденусь, — проворчала смущённо. — Вон то синее платье давай, — указала на первый подходящий вариант, не зная, как бы деликатно высвободится из его объятий и переодеться. Складывалось ощущение, что кое–кто драконистый не шутил, когда предложил меня одеть, словно дитя малое или куклу какую.

Я, конечно, отказалась, но с Рагнаром порой так сложно спорить — вобьёт себе дурь какую в голову, пиши пропало.

— Лучше красное — под цвет щёк, — дал рекомендацию дракон, который, в отличие от меня, неловкостью ситуации не проникся, но выбранное платье приблизил.

— А теперь отправь остальную одежду в шкаф, пожалуйста, и отвернись, я оденусь, — попросила по–человечески.

— Ты всё–таки решила освободить кровать? Разумно, — мурлыкнула эта громадина, вгоняя меня в более насыщенный алый тон.

— Очень смешно! Сюда сейчас ворвётся толпа людей и нелюдей, вот увидишь. Мамуля пленных не берёт, — перевела я разговор из горизонтальной плоскости в вертикальную.

Попыталась осторожно высвободиться из стального зажима и сохранить хоть остатки приличия, но дракон не пошевелился. Посмотрела укоризненно — изогнул бровь. Протянула его имя, кивая в сторону двери, намекая, что времени мало, — хмыкнул.