– Не что?! Что мне сделаешь?! Ударишь?! – окончательно лишившись самообладания, шиплю в жуткое лицо магната.
Кажется, я постепенно начинаю видеть беспринципность этого мужчины, его абсолютную черствость.
Меня просто проверяют на реакции, проводят какие-то проверки, но зачем? Или он привык? Это манера общения?
Скорее, последнее.
Улыбается холодно, отпускает и отходит на шаг, ставит перед очередным откровением.
– Не зли. С противоположным полом у меня иные методы. Будет жестко и больно, но тебе понравится.
– Я не дам сломать свою волю. Я не послушная марионетка, мистер Кац.
Смотрит на этот раз как-то по-особенному.
– Такая слабая, но внутри стальной стержень. Интересный контраст.
– Вы… ты… невозможный.
Опять становится серьезным.
– Да, Катрин. Помни об этом. Больше не пренебрегай своими обязанностями, не нарывайся. И налей мне уже борщ.
– Вы когда-нибудь пробовали русскую кухню? – интересуюсь, наполняя тарелку ярко-красной ароматной жидкостью.
Оставляет мой вопрос без ответа.
Берет ложку, черный хлеб и приступает к еде.
А я стою, как на суде, ожидая приговора.
И когда мужчина одобрительно кивает, улыбаюсь.
Такой Димитрий мне нравится больше. И кажется, что он мне сейчас квоту доверия выдал, попробовав мою стряпню.
Закончив, промокает губы салфеткой и смотрит прямо мне в глаза.
– И все же, я голоден.
Последняя фраза звучит как удар по моим натянутым нервам, блеск ядовитых глаз клинком направляется на мои враз полыхнувшие губы.
Больше ничего не говорит.
Проходит мимо.
Когда Кац выходит, тихонечко сползаю на пол и, обхватив коленки, уставляюсь в закрытую дверь.
Меня колотит и знобит, но больше всего болит сердце.
Глупое наивное сердечко трепещет от этого мужчины, от повадок хищника, и я его… хочу.
Когда осознание простых истин ударяет, тихо плачу.
Собираюсь, встаю. Быстренько убираю все со стола и, прикрыв обед крышкой, оставляю кастрюлю на плите. Есть не хочу. Наелась с утра по самое...
Попытка отвлечься провалилась с треском.
Быстро накидываю одежду. Придерживаюсь строгого делового стиля. Излишне строгого даже. Наглухо себя закрываю.
Собираю волосы наспех и выхожу.
Перед особняком черные громадные автомобили уже рычат, двигатели запущены и один из охранников открывает передо мной дверь.
Ныряю в нутро дорогого салона, оказываюсь рядом с идеальным боссом. Белоснежная рубашка, черный пиджак, подчеркивающий ширину плеч, шелковый галстук.
