Я решил что ты просто услышала фразу и интерпретировала по-своему. Короче, я баран. Столько херни натворил, сейчас удивляюсь.
Выжидающе посмотрел на Соню. Её взгляд немигающий, в упор.
— Ну и что ты будешь делать со своим пониманием виновности Полины?
А вот это уже иной разговор. Я думал над тем, что же делать всю ночь.
— Можно подстегнуть полицию, и с помощью показаний Макара привлечь её к ответственности.
— Мак сказал что сам пролез через дыру в заборе, сам подошел к Полине, а затем убежал. Она даже не прикасалась к нему, не тащила силком в машину.
Ну заявит что приходила в садик, стояла потом рядом с ним, а тут Макар, сын «подруги». Хотела его домой отвезти, а он убежал. И что ей будет? — с отвращением проговорила Соня.
Осудить Полину вполне реально, вот только это трудоемко и будет иметь последствия.
— Я это так не оставлю, Сонь.
— Слова, слова…
— Если Полина и сядет, то ненадолго. Вероятно, её лишат родительских прав, и мне придется оперативно признавать Матвея. Но если он будет жить со мной, я ведь навсегда тебя потеряю, так? — спросил о том, что болит.
— Тебя. А затем и Макара.
— Я не ставлю тебе никаких условий, Денис. Решение ты должен принять сам.
— Если я признаю Матвея, и отдам его родителям… черт, да лучше детдом. Отец и в молодости-то был жестким, а сейчас его характер еще сильнее испортился. Макара он не «воспитывал», потому что знал что ему за это уголовка будет светить.
— Он меня за это и ненавидит: я ему сразу сказала что один упавший с головы Макара волос, один синяк, одна жалоба сына — и я не посмотрю что мы родня, — подтвердила Соня то что я и так знал и поддерживал.
Отец меня за это каблуком прозвал — за мягкое отношение к Макару и потакание жене. Без физического воздействия, как он считает, мужика не вырастить.
— Матвею к ним нельзя. Мать будет как обычно на всё закрывать глаза, отец примется растить из него «чемпиона», и… нет, так нельзя, — покачал я головой.
— Ну пусть Полина живёт по соседству, я почти привыкла.
Решение. Чертово решение, — проговорил я мысленно.
С чего я раньше думал что Соня простит мне Полину и Макара, попсихует но примет их? Сейчас это бредом кажется, но Полина и моя мать меня в этом убеждали. Да я и сам старался представлять наилучший исход, и слепо уверовал в него: Полина — подруга Сони, Макар и Матвей — братья, справимся…
Ну я и кретин.
— Я сделаю так что Полина и Матвей уедут из страны. Навсегда, Сонь, — прохрипел я.
