— Мари, тебе капучино или что покрепче? — Анри где-то далеко, и я, прижав телефон к груди, иду на его голос. Сейчас в самый раз похмелиться, так бы сказала Зойка.
— Воды, хочу просто воды.
— Мари, ты прекрасна, без белья и колготок «Мисс совершенство», — мужчина осматривает мой внешний вид, улыбается.
Просторная светлая кухня, не то что маленькая кухонька Константинова, где мы занимались сексом на каждой поверхности. На стене включена плазма, идут новости, часы показывают двенадцать дня.
Пахнет кофе и свежей выпечкой, именно ее привез курьер, но я жадно пью воду прямо из графина.
Бушон смотрит, чтоб он уже ослеп, а лучше я, и желательно не ослепнуть, а высохнуть.
Стыдно-то как.
— А сейчас к светским новостям. Как мы уже рассказывали, через три дня состоится грандиозный банкет по случаю слияния двух компаний, на котором соберутся самые богатые и знаменитые люди страны. Это светское мероприятие — одно из знаковых событий в мире бизнеса — пройдет в нашем городе, — девушка-репортер с короткой стрижкой и яркой помадой говорила быстро.
— Олигарх Владимир Дымов и его французский коллега, обладатель многомиллионного состояния Марсель Бушон, заключат сделку века, а вот их дети, похоже, уже сошлись.
Вцепилась в графин как в родной, продолжая смотреть и внимательно слушая, что несет эта странная особа.
— В наши руки попали эксклюзивные кадры, как Анри Бушон, единственный сын, наследник огромного состояния, завидный жених всей Европы, да что там — просто красавчик с обворожительной улыбкой, был замечен в одном из пафосных и дорогих клубов, как вы думаете, с кем? Мария, младшая дочь Дымова, студентка экономического факультета, умница, красавица.
И похоже, там была не деловая встреча, молодые люди танцевали, их объятия никак нельзя назвать дружескими. А под занавес вот он — страстный поцелуй в машине. Ну что ж, так и должно быть, слияние компаний, не за горами слияние семей. Может, через пару месяцев нас ждет шикарная свадьба?
Картинки мелькали одна за другой: клуб, танцпол, Анри обнимает за талию, он слишком близко, потом улица, яркие вспышки.
И в завершение — сквозь лобовое стекло фото дня, как меня целует Бушон.
Звон бьющегося стекла, брызги воды по ногам, острая боль, но она ничто в сравнении с тем, что я чувствую.
— Мари, что… случилось? Ты поранилась, постой, не двигайся.
А вот сейчас меня вырвет, зажав рот, бросаюсь к раковине, желудок выворачивает одной водой и горькой желчью.
Как же можно было так накосячить? Я старалась, видно, что старалась.
