Спустилась на первый этаж, прошла через холл, на улице было прохладно, но меня колотило не из-за этого. Вышла на парковку, пошла вперед, вглядываясь в номера машин, но вот одна выехала из ряда, затормозила около меня. Секундное замешательство, открыла дверь, села на сиденье, боясь смотреть мужчине в глаза.
Денис резко нажал на газ, выехал на дорогу, стал ловко лавировать в автомобильном потоке.
— Твой телефон, ты забыл, — положила его в подстаканник. — Извини, что ударила, вышло машинально, я не должна себя так вести.
И ты мне не должен ничего объяснять и оправдываться, мы взрослые люди — было да было. Секс даже не повод для знакомства в некоторых случаях, я хотела его сама, было хорошо. Давай забудем и будем жить дальше.
— Все сказала?
— Нет, — первый раз за весь мой монолог посмотрела на мужчину, Денис сосредоточен, крепко сжимает руль руками, играя желваками на скулах.
— Говори сейчас, потом будет некогда.
— Почему?
— Я буду тебя наказывать.
— За что?
— Твое рукоприкладство не должно остаться безнаказанным.
Что если останется синяк, как я буду вести пары?
— Синяки и шрамы украшают мужчин.
— Я так понимаю, скоро дело дойдет и до шрамов?
— Нет, конечно, нет.
— Господи, Маня, как я устал, ты не представляешь.
Снова резкий поворот, я валюсь на дверь, потом на водителя, Денис тормозит, прижимает меня к себе, разворачивает, целует, бьемся зубами, но совсем не замечая этого.
Он такой горячий, его так много, губы терзают мои, кусает, тут же лижет, ведет языком по шее. Сжимая в своих объятьях так, что казалось, сейчас треснут мои ребра.
— Как же я скучал, малышка, по твоему запаху, по вкусу губ, по киске твоей, я ведь помню, как вылизывал ее, засасывал клитор, а ты кончала.
— Прекрати… Денис… о боже… а-а-а-а-а…
Он накрывает грудь, сжимает сосок, при этом сосет мочку уха и шепчет все эти непристойности.
— Дрочил почти каждый день, вспоминая тебя, омывая стенки душа своей спермой, так что ноги подкашивались, а я давно не мальчик.
— Молчи, Денис… м-м-м… да-а-а-а…
Когда его рука забирается под юбку между моих ног, накрывает промокшие от выделений трусики, вскрикиваю, подаюсь вперед, хочу, чтоб он трогал там еще и говорил, говорил, как он хочет меня.
— Такая мокрая, малышка, черт, Маня, в моих яйцах кипит сперма, я сейчас спущу прямо в белье.
Денис отстраняется, меня качает в сторону, но он держит мое лицо в своих руках.
— Ты плакала?
— Немного.
— Я обидел, извини, — хаотично целует лицо, глаза, губы.
— Кактус разбился.
— Он ужасный.
