Прислушиваюсь, время на часах два ночи. За спиною скрипнул матрац, комната осветилась приглушенным мягким светом. Бросаю взгляд через плечо. Амина наклоняется к кроватке, выглядит не лучше меня, но улыбка все равно появляется на губах, беря мальчика на руки. Сжал зубы. Мне все равно, но где-то в глубине душе испытывал глухое раздражение. Паша не думает замолкать, его не особо тронуло то, что оказался на руках, еще громче орет, суча ножками. С такими голосовыми связками можно всю округу перебудить.
"
"— Это когда-нибудь закончится! — с досадой цежу сквозь зубы, откидывая одеяло, принимая вертикальное положение. Амина испуганно вздрагивает, прижимает малыша к груди. Насторожено следит за мною, словно во мне была угроза их безопасности.
— У него болит животик, врач сказал, что это нужно просто пережить! — тихо оправдывается жена, виновато опуская глаза. Резко встаю с кровати, подхожу к комоду, где стоит графин с водой. Налив себе в стакан воды, медленно отпиваю маленькими глотками, затем, повернувшись к шкафу, достаю спортивные штаны и толстовку.
— Ты куда?
— Прогуляюсь, у меня завтра трудный день, может быть потом быстрее усну.
— Прости, Эмин.
— Проехали. Ложись с ребенком в кровать, может рядом будет крепче спать.
— А ты?
— Я найду себе место, — накидываю капюшон на голову, не смотрю на Амину, выхожу из комнаты. Спускаюсь по лестнице на первый этаж.
— Куда это ты собрался? — раздается требовательный голос из темноты.
Не испугался, предчувствовал подобное.
— Прогуляюсь, не могу спать, когда он орет.
— Эмин, ты как-то странно относишься к сыну, — мама появляется со стороны кухни, попадает в свет уличного фонаря, пытливо заглядывая мне в глаза. — Я никогда не спрашивала причину, побудившую тебя поспешно жениться на Амине, но последнее время твое поведение заставляет задуматься над некоторыми вещами.
— Давай ты свои думы оставишь при себе, не будешь грузить меня ненужной информацией, поверь, мне есть над чем подумать ночью, без твоих вопросов! — довольно резко, непозволительно грубым тоном перебиваю мать.
Она изумленно смотрит на меня снизу-вверх, на секунду потеряв дар речи.
— Извини, — тут же как правильный, послушный сын прошу прощения, напоминая самому себе о том, что я старший, должен быть примером для младших, почитать и уважать женщину, которая подарила мне жизнь.
