Отдал распоряжение, чтобы со Стеллы глаз не спускал, по возможности был всегда рядом, попросил на КПП предупредить о том, чтобы брата не пропускали в поселок ни под каким предлогом, но оказывается об этом и без меня позаботилась сама Стелла. Был звонок охране в офис, имя Булата внесли в черный список, теперь он полностью был отрезан от девушки.
Задумчиво смотрю на экран ноутбука, когда оживает мой телефон.
— Да.
— Эмин! — голос мамы звенит от праведного гнева, я даже выпрямляюсь в кресле, чувствуя через телефон волны ее ярости.
— Ты сейчас же должен явиться в дом Фатимы и дать объяснения своему поступку!
— Мама…
— Я все сказала! Чтобы через десять минут был здесь! — и бросает трубку, не дав мне ничего не сказать. Лучше бы я не доставал резервный телефон взамен своего разбитого. С другой стороны, примчались бы сюда и вытрясли бы душу. Хотя в любом случае мне придется все объяснять.
Приезжаю в дом, где живет Булат с сестрами и матерью, не в заявленные десять минут, а позже. По дороге заметил, что кто-то видимо ночью сильно гонял по дороге, не вписался в поворот и влетел в ближайшее дерево, которое находилось неподалеку от перекрестка.
Осколки от разбитых фар, куски пластмассы подсказывали, что удар был сильный, но не смертельный для водителя.
Не тороплюсь бежать, даже с ленцой поднимаюсь по ступенькам. Меня встречает Сана, младшая сестра Булата.
— Приветствую тебя, брат! — она кротко улыбается мне, берет мою куртку и вешает ее на плечики.
— Как дела? — мягко улыбаюсь сестре, она неопределенно пожимает плечами.
— Булат дома? — отводит глаза в сторону, потом оглядывается назад, убедившись, что в холле никого нет, наклонятся ко мне.
— Сегодня утром приехал. Ночью был в больнице, весь раненый. Мама и тетя над ним хлопотали.
— В больнице? — удивленно вскидываю брови, двигая челюстью. Побои что ли пошел снимать? Как девка ведет себя.
— Да. Он там что-то про тебя говорил.
— Было бы странным, если бы не вспомнил мое имя. Где мама с тетей?
— В гостиной тебя ждут, я принесу чай.
— Спасибо.
Поправляю ворот рубашки, уверенно иду в указанном направлении. Меня ждали. Мама с тетей Фатимой как царицы сидят на диванчике по центру, замер посредине комнаты, как провинившийся мальчишка. Смотрю твердо, прямо, не отвожу глаза в сторону, когда встречаюсь с их глазами.
Молчим. Они давят на меня своим молчанием, дают прочувствовать, как им не нравится мое поведение, мое отношение. Еще не сказаны слова, но я ощущаю кожей их обоюдное осуждение.
