Я понимал, что если сейчас отдам ему в руки вожди правления, от бизнеса через полгода ничего не останется, близкие родственники останутся без денег даже на кусок хлеба! Теперь осознайте степень моей заботы! — смотрю на нахмуренную тетку, делаю паузу. Кажется, женщины задумались над моими словами, а мне передышка и момент продумать дальнейшую свою речь.
— Я могу продать бизнес, вложить деньги в инвестирование, обозначив ежемесячную выплату на жизнь для вас, тетя Фатима, и ваших дочерей, а Булат пусть доучивается, защищает диплом и идет работать, начиная с самых обычных должностей.
Если ему действительно захочется залезть на верхушку успеха, он залезет, если нет, значит нет.
— Эмин, но он же совсем не приспособлен к такой жизни! — тетя Фатима мотает головой, сводит брови, прикладывает ладони ко рту.
— Меня это не волнует. В его положении многие уже работают на постоянной основе, а не практику проходят. Пусть идет разгружает вагоны, подметает улицы, моет машины, пусть учится отвечать хотя бы за себя, берется за ум, в противном случае я сделаю все возможное, чтобы на него завели уголовное дело! И думаю на зоне ему будет очень весело, ибо насильников там сильно любят!
Мама ахает, тетка бледнее, потом краснеет, смотрю ей в глаза, она не выдерживает, бьет меня по щеке.
Стискиваю зубы, сжимаю руки в кулаки.
— Что ты себя позволяешь, Эмин! Как ты смеешь оскорблять моего сына!!! За клевету мои родственники могут на тебя подать в суд!
— Я не клевещу, у меня есть доказательства того, что Булат далеко не такой положительный, как вы привыкли его видеть, тетя Фатима! За пять лет, что он учился в Москве, я не раз отмазывал его от полиции, затыкал рты различными суммами девушкам, которых он насиловал, про учебу не стану даже говорить, ибо все сессии сданы не без моей помощи!
— Я тебе не верю! — кричит тетя Фатима, а в глазах боль матери за своего сына, вижу, что все понимает, но не хочет принимать эту правду.
А мне не хочется уже слушать, какой Булат хороший.
Достаю из кармана телефон. Все данные со старого мобильника были скинуты на старо-новый, как и моя электронная почта, поэтому мне ничего не мешает показать видео. Звук принципиально не включаю, достаточно картинки, с ощущением палача, смотрю на застывшие лица матери и тетки.
— Камила, что-то мне плохо, — тетя Фатима хватается за сердце и начинает оседать, я подхватываю тетку и осторожно укладываю ее на диван.
— Сана! Сана! — верещит мать, выбегая из гостиной.
