— Если бы отец был первенцем, ты не смел задавать этот вопрос! — шиплю сквозь зубы, смотря перед собой.
— Но увы и ах, поэтому я требую от тебя доучиться, проработать, после этого строить личную жизнь.
— И ты сам мне подберешь невесту? — зло смотрю на брата, он вздыхает, трет переносицу, словно устал от меня, сбавляя скорость. Впереди внезапно возникает дорожная пробка. Эмин берет телефон, вижу на экране карту с пробками."
"— Авария, — вслух произносит, увеличивая картинку, читает онлайн-сообщения. Я передергиваю плечами, жду ответа на свой вопрос.
— Я прошу тебя не торопиться с данным вопросом, ты просто ослеплен девушкой, но, Булат, разная религия, разное воспитание, много другого разного — все влияет на отношения между парой, боюсь, что Стелла не сможет жить с тобою, принимать твою жизнь. Она другая, воспитана по-европейски, свободолюбивая, с амбициями. Вы просто разные, пойми, наконец-то.
— Вау! Впервые слышу от тебя так много слов!
— Я просто пытаюсь до тебя достучаться. Не ломать ни себе, ни ей жизнь!
— Я ее люблю! — это был мой самый весомый аргумент.
Эта любовь сводила меня с ума, жрала изнутри, отравляла ревностью. Сколько раз сдерживал себя, чтобы не приехать к девушке без приглашения и по горным обычаям не похитить, вынудив ее стать своей женой. Останавливало только то, что она была несовершеннолетней, мы жили в Москве.
— Не уверен, что ты понимаешь значение слова «любовь», — Эмин устремляет на меня задумчивый взгляд, от которого мурашки по коже, давит своим авторитетом, своим знанием и жизненным опытом.
— Знаю! Это ты не знаешь! — осаждаю себя, понимая, что еще минута разговора и перейду на повышенный тон, при этом сам брат так и останется с невозмутимым выражением лица.
— Ты ее просто хочешь, — спокойно замечает Эмин, пожимая плечами своим мыслям, трогает машину с места. — Похоть тобою руководит, а не любовь.
Я не согласен с ним. Да, желать Стеллу начал, когда у нее появилась грудь и впервые увидел ее в купальнике возле бассейна.
Именно с того момента она стала меня избегать, чувствуя похотливый интерес с моей стороны. Сколько раз я называл других девушек ее именем, вдалбливаясь в их продажные тела. Моя Стелла действительно была Звездой, сияла, радовала глаз, но никому не принадлежала. До сегодняшнего вечера. Увидев, как она добровольно повисла на каком-то сопляке, не сдержался, ревность полыхнула в груди ярким заревом, моментально превратившись в стихийное огненное бедствие.
