Единственное кто был со стороны — фотограф и видеоператор. Еще мне вручили диск с конвертом, в котором были распечатаны несколько фотографий именно в день самого рождения сына. Фотографии только для личного альбома.
Я не хотел, чтобы мир увидел мое личное счастье. Даже при наличии закрытых страниц в сетях, совсем их не вел, фотографии не выкладывал. Мне это было не интересно. Стелла была более активна в этой сфере, правда, до сих пор не было поста о замужестве. Ее а-ля подружки все же высмотрели обручальное кольцо, интересовались его происхождением.
Ответ им был загадочный смайлик без каких-либо пояснений. Знаю по «Инстаграмму», что многие девушки стремятся похвастаться своей успешной личной жизнью. Поинтересовался у Стеллы, какие у нее планы по поводу событий у нее. Она удивилась, услышав вопрос, сказала, что и не думала выкладывать в сеть фотографии сына в связи с суевериями, недобрых взглядов и зависти. В общем в вопросе конфиденциальности личной жизни мы были едины.
Медсестра выносит кулек в кружеве.
Впадаю в ступор, смотрю и не могу поверить, что да, действительно это мой сын. Сердце останавливается. Робко иду к ним, нервно сжимая букет цветов.
Стелла стоит за ее спиной, лучезарно улыбается. Я на секунду отвлекаюсь от Ильяса и смотрю на жену. Какая же она у меня красивая! Беременность округлила ее в нужных местах, ушла худощавость подростка. Глаза сияют счастьем. Она сама вся изнутри светится и этим светом всем вокруг светит.
Протягиваю ей цветы, целую в губы, целую чуть дольше, чем нужно.
Еле оторвался, напоминая себе, что мы не дома и вообще нужно вести себя прилично. Она протягивает руку и гладит меня по небритой щеке.
«Люблю» — кричат ее глаза.
«Я больше!» — отвечаю, усмехаясь.
Поворачиваюсь к медсестре, забираю у нее самое ценное, что сейчас у меня с женой есть: наш ребенок. Ильяс спит.
Смотрю на его личико. Все такое маленькое, крохотное, как бы ничего не сломать. Кажется, я за все время, пока мы были в роддоме на выписке, так и не посмотрел ни на кого, кроме сына и Стеллы.
— Домой? — шепотом спрашивает Стелла, когда я осторожно пристегиваю Ильяса в автолюльке. Поднимаю на нее глаза. Домой. Теперь у меня действительно есть дом. Не просто коробка с мебелью и техникой, а дом, в котором меня всегда будут ждать.
— Домой! — улыбаюсь, нагибаюсь в ее сторону, целую.
