Беру стакан с водой и сажусь за обеденный стол, смотрю в окно. Впервые меня накрывает черная тоска по родителям, слезы текут по щекам, а вода выплескивается из стакана.
— Хорошо, я завтра позвоню! Да, и тебе доброй ночи! — вскидываю голову, не веря тому, что только что услышала. Эмин!!! Эмин здесь, остался! Он не уехал, как только я выбежала из машины. Сердце радостно замирает, а потом несется галопом по Европе.
Прислушиваюсь к его шагам, ставлю стакан и, как воришка, крадусь наверх. Комнату, в которой он ночует, могла с закрытыми глазами найти, после его отъезда, несколько дней спала на той кровати, где спал Эмин, вдыхая еле уловимый запах с подушки.
Осторожно приоткрываю дверь, в комнате сумрачно, свет идет от ночника на тумбочки возле кровати. Эмина в поле зрения не наблюдалось, скорей всего он был в ванне. Чего я хотела? Не знаю, но во мне была потребность оказаться рядом с ним. Может быть он одним своим строгим взглядом усмирит мой неконтролируемый огонь в душе с нотками похоти.
Мне нужно, чтобы он меня остудил выговором, моралью и одной фразой, отрезвляя окончательно от выпитого на вечеринке.
Папа всегда бросал рубашки на кресло, точно такая же картина предстала перед моими глазами: черная рубашка и брюки небрежно лежат на подлокотнике кресла. Беру рубашку и зарываюсь лицом, жадно вдыхая парфюм Эмина.
— Блядь! — испуганно подпрыгиваю на месте, оборачиваясь на голос за спиною. Эмин мокрый после душа, в одном полотенце на бедрах, прижимает правую ладонь к груди в области сердца.
Зачарованно разглядываю капельки на его груди, спешащие вниз, заманчиво скатываясь за край полотенца. Он прекрасен. Кто-то скажет, что я смотрю влюбленными глазами, но он действительно шикарный для простого смертного, и хочется принадлежать этому божеству без условий, просто так.
— Ты меня напугала, — Эмин распрямляет плечи, удерживает рукой узел полотенца, идет к кровати. Я чувствую себя приведением, которое видит всех, а его никто, ибо поведение Эмина указывает мне на то, что долго здесь я не задержусь.
Никогда не делала сумасшедших поступков, да и желания поступить как-то не так, шокировав близких и друзей, не было. Сейчас внезапно осознаю, что вот он мой шанс, пусть совсем мизерный, разрушить невозмутимость Эмина. Если он пошлет меня, приму поражение, если нет…
Кладу его рубашку обратно на кресло, он прищурено за мною наблюдает, прикрыв глаза, как хищник на отдыхе, неестественно прямо сидит на кровати.
