Неужели у этого черствого сухаря были неподобающие мысли?
— Да ладно, — начиню хохотать, откровенно веселясь. — Не, я тебя понимаю, сам не раз представлял ее лицо, когда трахал каких-нибудь девок.
— Заткнись! — шипит Эмин, подходя к столу. — Ты несешь полную чушь!
— Расслабься, я знаю, как сложно себя контролировать, когда эта малышка рядом и смотрит на тебя невинными голубыми глазами, член сразу же твердеет от этой невинности. Фантазировал?
— Угомонись, пожалуйста! — злится брат, перебирая на столе какие-то бумаги.
— Я занят в ближайшую неделю, поэтому надеюсь Амина будет под твоим присмотром и ответственностью! Потом мы вместе с нею вернемся домой.
— Но…
— Нужно отвечать за свои поступки и слова, Булат, детство закончилось, добро пожаловать во взрослый мир, где сначала думают головой, прежде чем что-то делают!
— Ой, я тебя умоляю, давай не будем сейчас читать нотации!
— Булат, — Эмин вздыхает, устремляет на меня уставший взгляд.
— Если ты не возьмешь себя в руки и не вернешься после получения диплома домой, я продам бизнес твоего отца и отдам тебе все деньги, которые с него получу. И делай что хочешь, содержи мать и сестер на что хочешь, я умываю руки. У меня своих забот хватает.
— Ты шутишь? — не верю словам, но понимаю, что шутки нет. Сглатываю, у меня были планы остаться в Москве, переложить все, что в Грозном на плечи Эмина.
— Нет, — и в этом кратком ответе вся правда сегодняшнего дня.
Он не будет заботиться о всей родне, которая спит и видит, когда это случится, не зря в его доме постоянно ошиваются тетушки, дяди, братья и сестры, порой были те, кого и родственниками сложно назвать. Все давно поняли, что для хорошей жизни, не прилагая усилий, нужно всего лишь сесть на шею благородного Эмина, у которого слишком сильно дед развил чувство ответственности.
— Эмин, разве так делается? А как же опыт жизни, как мне молодому, холостому сразу возвращаться в родные пенаты? Мама меня тотчас же женит на хорошей девушке!
— Почему это должно меня волновать? Твой отец оставил указание только по поводу бизнеса, но не поводу тебя, и ты сам все прекрасно знаешь, что все ждут тебя домой, что встанешь у руля своей семьи.
Тебе нужно сестер пристроить, заботится о матери, быть ее гордостью и светом в очах!
— Я не хочу! — ору, вскакиваю на ноги.
