Егор Смирнов: каникулы в СССР. Том 1

Устроившись на скамейке, я стал обдумывать свои дальнейшие действия, а также строить планы на обозримое будущее.

От этого занятия меня оторвал отдаленный и весьма грубый окрик:

— Садись в машину, дятел!

Я поднял глаза и увидел вдалеке длинного мужика в спецовке, который заталкивал в черную «Копейку» какого-то парня. Тот даже не пытался сопротивляться. Перед тем, как исчезнуть в сумраке салона, он повернулся и быстро глянул в мою сторону. Наши взгляды на мгновение встретились, и я в нерешительности застыл, не зная, что делать.

На меня смотрел Стас Тимофеев.

Увидев меня, он едва заметно и несколько обреченно покачал головой, а потом забрался в салон. Мужик запрыгнул за ним, машина резко взвизгнула тормозами и сорвалась с места, скрывшись за ближайшим поворотом.

Я понимал, что в этой ситуации абсолютно ничего не могу сделать. Похоже, что и Стас, судя по его странному жесту, тоже не хотел, чтобы я ввязывался. А значит оставалось только надеяться, что с ним все будет в порядке. С другой стороны, я наверняка знал, что Стас доживет до конца лета.

Значит сейчас особых причин беспокоиться за его жизнь нет.

— Во что ты ввязался, Стас? — задумчиво буркнул я себе под нос. И тут меня пронзила внезапная догадка. — Твою ж мать! Если официальная версия смерти Стаса ошибочна, то значит есть шанс…

Зацепившись за эту мысль, я вскочил со скамейки и нервно зашагал по скверу, обдумывая различные варианты своих будущих действий. В конечном итоге я пришел к мысли, что надо узнать поподробнее про эту темную историю с черной «Копейкой» и тем длинным мужиком.

А это значит, что мне придется какое-то время последить за Стасом. Конечно, я был сильно ограничен в своих текущих возможностях. Особенно это касалось полного отсутствия технических средств. Но, как говорится, попытка — не пытка. Лучше хоть что-то делать, чем просто сидеть сложа руки.

Остановившись на этом решении и немного приведя мысли в порядок, я направился к остановке общественного транспорта. В животе со страшной силой урчало. Организм срочно требовал восполнения потерянных на репетиции ресурсов.

Вернувшись домой, я забежал в ванную, привел себя в порядок и направился на кухню. Сегодня на ужин был рассольник и макароны по-флотски. От одного вида этой еды я чуть слюнями не захлебнулся. Начерпав поварешкой супа в глубокую металлическую тарелку, я расположил ее на плите на круглой, покрытой небольшими отверстиями, металлической подставке и зажег газ. Честно говоря, в этот момент мне остро не хватало микроволновки.