Егор Смирнов: каникулы в СССР. Том 1

Но вот сейчас, вспомнив его слова, я решил, что пошло оно все к черту — если судьба или высшие силы дали мне шанс еще раз очутиться в детстве, то я не буду терзать себя неразрешимыми вопросами, а просто поживу в свое удовольствие. К тому же я не был уверен, что это удовольствие продлится долго. Возможно, мне просто повезло, и я словил какой-то предсмертный бонус-код, сильно ограниченный по времени. А значит я буду полнейшим идиотом, если потрачу его на бесполезные размышления по поводу происходящего вокруг.

Повеселевшим взглядом я еще раз огляделся по сторонам.

Затем пригладил тоненькой ладошкой свою на удивление густую шевелюру и широко улыбнулся. Надо мной ярко светило солнышко, звонко пели птицы, легкий ветерок шумел в ветвях больших белых берез, растущих по берегам пруда, а в траве радостно стрекотали кузнечики. Я вскочил на ноги, вдохнул полной грудью, и, широко раскинув руки, заорал во всю свою детскую глотку:

— Ура! Я выжил! Пацаны! Я живой, мать вашу за ногу!

Мои друзья переглянулись между собой и скорчили ироничные физиономии.

А Женька, как всегда, вывез абсолютно не в тему:

— Похоже, у Егорыча совсем кукуха поехала. — И он, опасливо улыбнувшись, покрутил пальцем у виска.

— Ничего у меня не поехало! — Я состроил обиженный вид и глянул на Женьку, еле удерживаясь от смеха. Я уже давно привык, что Андреев — здоровый мужик с приличным брюшком и грубым голосом, а тут на меня смотрит, да еще и выпендривается, тощий десятилетний мальчишка.

Конечно, я тоже выглядел им под стать, этого не отнимешь.

Но теперь-то я уж точно знал, как сделать тело подтянутым, мускулистым и выносливым. И если у меня получится здесь задержаться, то я не упущу такую возможность и плотно займусь спортом.

И тут вдруг я глянул на дырку в заборе, через которую мы залезли на территорию хлебной базы. И у меня аж дыхание перехватило. Там лежал мой велосипед. Оранжевый Орленок, на котором я колесил по округе с шести лет. Помню, когда учился на нем кататься, то еле до педалей доставал, а иногда и вообще под рамой пытался ездить.

А сейчас он должен быть мне в самый раз.

Я выглянул за забор и еще раз осмотрел это чудо инженерной мысли: оранжевая рама, зеленые покрышки, кожаная сумочка с ключами прикреплена за красно-белым сиденьем, а на руле торчит трескучий велосипедный звонок.

— Пацаны. — Я оглянулся на друзей, которые тем временем начали постепенно отходить от шока последних минут и возвращались к своему обычному бесшабашному поведению. — Что-то мне купаться расхотелось.