Егор Смирнов: каникулы в СССР. Том 1

— Так бы и сидел дома, как пень. Круто, что тебе эта идея в голову пришла!

— Я просто хотел помочь, Серег. Если бы у меня кто пропал, ты бы поступил точно так же, — ответил я, с аппетитом пережевывая очередной кусок тульского пряника.

Мой друг ничего не ответил. Похоже, что он еще не совсем отошел от пережитого потрясения. Его задумчивый и слегка растерянный взгляд скользил по окружающим предметам. Надо было срочно выводить Серегу из этой навалившейся на него хандры.

— Вкуснотища какая! — с улыбкой ответил я, дожевывая пряник.

Серега тут же заулыбался в ответ и пододвинул ко мне квадратную картонную коробку, на которой было написано «Сувенирный пряник», а в центре красовалось стилизованное под хохлому изображение какой-то сказочной птицы. Сняв с нее крышку, он указал на большой круглый пряник, который был разрезан на дольки. От него оставалось еще больше половины.

— Бери, Егорыч. Толокна еще сделать? Или, может, чаю? — Серега отвлекся от своих мыслей и с интересом посмотрел на меня.

— Только если ты тоже будешь.

— А давай! — Мой друг радостно потер руки и сделал нам еще по порции толокна.

Когда напиток был готов, и мы снова принялись за еду, я тихо спросил, поглядывая в сторону ванной:

— А бабушка твоя почему в больницу не поехала?

— Сердце у нее сегодня побаливает, — встревоженно ответил Серега. — А туда ехать больше часа, да еще и с одной пересадкой. Так что сказала, что сегодня дома побудет, а завтра уж съездит.

— Так что ж она майку то мою взялась стирать? Ей же нельзя!

Я вскочил с табуретки и собрался было идти в ванную, но Серега меня остановил.

— Она все равно без дела сидеть не будет, Егорыч. Так ей спокойнее. Иначе еще больше разволнуется.

Спорить с Серегой я не стал и уселся обратно. К тому же, в этот самый момент из ванной вышла Валентина Петровна с моей выстиранной майкой, которая сейчас выглядела почти, как новенькая.

— Вот посмотри, совсем другое дело, Егор! — с гордостью заявила она, еще раз оглядев майку со всех сторон.

— И как это у вас так получилось, Валентина Петровна? — удивленно спросил я, пытаясь запихнуть в рот остатки пряника.

— У меня свои секреты, — с хитринкой в голосе ответила Серегина бабушка. — Осталось сходить во двор и вывесить ее сушиться.

Дело в том, что в нашем подъезде у квартир на втором этаже балконов не было. Вместо них был смонтирован козырек от дождя и снега над помещением почты, которая занимала почти весь первый этаж.